Яндекс.Метрика
24.10.2015

Жизнь. Продолжение следует

Аллес гут

Сердце бьется на всех языках мира



Рубрику ведет Сергей Мостовщиков
 


    Аллес гут по-немецки означает «все хорошо». Но бывает, по-русски это звучит как «все плохо». Во всяком случае, до операции в Германии родителям Ивана Косорукова ничего хорошего не говорили. Мальчик у них родился с пороком сердца, который не взялись оперировать ни дома, в Ярославле, ни в Москве. Выделили сначала квоту, но врачи посмотрели ребенка и отказались лечить – сказали, не выдержит вмешательства, все плохо.

    Говорят, простой русский человек всегда готов к самому худшему. Но это, правда, только когда ему создают сложности, до тех пор, пока не выясняется, что все может быть гораздо лучше. Рабочий-путеец Дмитрий Косоруков случайно узнал о возможности прооперировать сына в Германии, обратился за помощью в Русфонд. И теперь его мальчик гоняет по квартире на игрушечной машине. Видимо, готовится стать водителем. А Ольга, жена Дмитрия, выучила несколько немецких слов и выражений. Главное из них – аллес гут. По-русски – все хорошо.


    Дмитрий:

    «Родились мы оба в городе Шарья, в Костромской области. Учились в одном классе. Любовь у нас появилась в школе, а потом мы разъехались. Я в Петербург, учиться в железнодорожном университете, а Ольга – в Киров. Окончили, я по распределению попал в Ярославль, стал монтером путей на железной дороге, рабочая специальность. Позвал к себе Ольгу, она согласилась. Год мы здесь пожили и решили пожениться. Потом появился Иван. Делали нам во время беременности УЗИ. Сначала сказали – девочка, потом – мальчик. Но, сказали, нормальный, здоровый, все с ним хорошо – пять пальчиков на ручке. Видимо, у них такой показатель».

    Ольга:

    «Родился он у нас по плану, в срок. Роды прошли хорошо. Розовенький он был такой, хороший, вовремя заплакал. На следующий день пришла педиатр его проверять, услышала шумы в сердце. Сразу отправили нас на УЗИ и поставили диагноз – порок сердца. Четыре месяца мы ждали приглашения на операцию в Москву. Квоту нам выделил департамент здравоохранения. Состояние Вани ухудшалось. Ну, то есть он всегда был такой веселый, улыбчивый, только мало ел. 25-30 грамм, не больше. Отказались в конце концов от грудного вскармливания, потому что ему тяжело стало. Перешли на смеси, а потом нам даже ставили зонд через нос. Врачи перестали нам говорить про то, что все будет хорошо. Наоборот – все хуже и хуже. В конце концов сказали, что жить ему осталась неделя».

    Дмитрий:

    «Приехали наконец в клинику в Москву. Дали нам здесь, в Ярославле, скорую помощь. Приехали, посмотрели его и сказали: знаете, поздно. Мы, конечно, сделаем операцию, если хотите, но на столе ребенок умрет – у него в легких скапливается жидкость. Смысла нет. Идите готовьтесь.

    То есть как – готовьтесь? К чему? Говорят: ну, поезжайте обратно в свой Ярославль и там готовьтесь. А тут готовиться-то не к чему. Одна женщина, детский кардиолог, больше не к кому здесь обратиться, хоть платно, хоть бесплатно. И она говорит: я не знаю, что с вами делать. Что я могу? Дам вам телефон одной женщины, она ездила с дочерью в Германию, у нее еще хуже был порок сердца. И с ней она нас свела, и эта женщина стала нам помогать, объяснила, куда и как звонить, как разговаривать, дала электронную почту врача. Он нам ответил, что операция стандартная, ничего страшного и сложного, прилетайте. Мы говорим: нам врачи сказали, что мы не перенесем перелет. Все, говорит, вы нормально перенесете, только время работает против вас, не тяните.

    Обратились мы в Русфонд. Наверное, всего за две недели удалось собрать нужные деньги».

    Ольга:

    «Прилетели мы в Германию, нас тут же обследовали. В Москве что-то все время надо ждать, какие-то очереди, все ревут-орут, родителей трясет. А тут как-то все оказалось по-домашнему, по-доброму. Сразу нас приняли, сказали, что все хорошо, к операции мы готовы, беспокоиться не о чем. Когда забрали Ваню на операцию, мы с Димой пошли гулять по улицам, ходили пять или шесть часов. Несколько раз возвращались, спрашивали о том, как дела. Нам говорили: не волнуйтесь. В конце концов все это закончилось, нас пустили к сыну в реанимацию. Надели мы халаты одноразовые, кепочки, руки помыли. Я боялась ужасно. А пришли – у него на груди такая наклеечка небольшая, а на ней нарисован мишка. Конечно, много всяких проводов, трубки какие-то. Но мы наконец-то успокоились. Через неделю его перевели в общую палату, там мы пролежали еще день-два, и все. Он быстро начал кушать, и нас выписали домой. Интересно, что когда мы вернулись, я пошла с Ваней к нашему местному врачу. Она мне сказала: ну вот видите они какие, немцы! Выпихнули вас побыстрее, чтобы, значит, не отвечать за последствия. Вдруг воспаление, вдруг что? А нам за них отвечать! Я подумала: промолчу. У нас теперь все аллес гут, все хорошо».

    Дмитрий:

    «Мы на людей не в обиде, люди у нас хорошие, врачи хорошие. Наверное, система плохая. У нас не знаешь, что делать, куда бежать, к кому обратиться, на каком языке. Я вот из Германии вернулся – думаю, надо подучить хотя бы английский. Записался даже на курсы. Правда, хватило меня только на три месяца. Некогда. Работаю на путях. Могут вызвать и днем, и ночью. Недавно вот пришлось 26 часов подряд без перерыва работать. Но я все равно считаю, надо постараться и выучиться. Надо всем нам уметь как следует со всеми общаться. Может быть, и система тогда будет другой».

    Фото Сергея Мостовщикова

    Подпишитесь на канал Русфонда в Telegram — первыми узнавайте новости о тех, кому вы уже помогли, и о тех, кто нуждается в вашей помощи.

    Оплатить
    картой
    Авто-
    платежи
    Оплатить
    c PayPal
    SberPay
    Телефон
    Другое

    Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

    Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

    Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

    Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

    Отправить пожертвование можно со счета мобильного телефона оператора — «Мегафон», «Билайн» или МТС.
    Для абонентов Tele2 услуга недоступна, но вы можете отправить пожертвование с телефона на короткие номера 5541 и 5542.

    Введите номер своего телефона, а затем сумму пожертвования в форме внизу. После этого на ваш телефон будет отправлено СМС-сообщение с просьбой подтвердить платеж. Большое спасибо!


    Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

    Скачайте мобильное приложение Русфонда:

    App Store

    Google Play

    Другие способы

    Банковский перевод Сбербанк Альфа•банк Кошелек РБК Money Кошелек Web Money ЮMoney

    Как помочь из-за рубежа

    Pay Pal SMS Банковская карта Банковские реквизиты Система платежей CONTACT
    comments powered by HyperComments