Светлана Иванова

Мелиса Ильясова живет в Махачкале с родителями и шестилетним братом. Осенью прошлого года у нее обнаружили гигантскую опухоль в головном мозге и прооперировали в республиканской больнице. Опухоль оказалась злокачественной. Несколько месяцев после операции Мелиса училась заново глотать, держать голову, ходить и говорить. Но врачи опасаются рецидива. Чтобы рак не вернулся, девочке по жизненным показаниям требуется как можно скорее провести протонное облучение, которое прицельно убивает опухолевые клетки. Вот только это лечение стоит больше 4 млн руб. – для родителей Мелисы сумма просто баснословная. Им необходима наша помощь. →

Московский школьник Артем Несин любит рассказывать, что у него железные ноги и левая рука. И это не шутка. После 21 перелома этому мальчику с диагнозом «несовершенный остеогенез» неоднократно укрепляли кости металлическими раздвижными штифтами. На очереди – левая голень, которая стремительно деформируется и болит так, что Артем не может наступить на ногу. Если установить растущий внутрикостный штифт, нога перестанет болеть и ломаться. Но оплатить операцию без нашей помощи родителям Артема не по силам. →

У Жени Новикова из подмосковного города Мытищи редкая и агрессивная злокачественная опухоль – рабдомиосаркома, образовавшаяся в глубине орбиты правого глаза. В сентябре прошлого года опухоль удалили, однако остается большая вероятность рецидива – рак может вернуться. Но этого можно избежать, если в самое ближайшее время провести ребенку протонное облучение, которое прицельно убивает опухолевые клетки. Но это лечение стоит больше четырех миллионов рублей – для родителей Жени сумма просто баснословная. Им необходима наша помощь.  →

Яна Кузина живет в Крыму. У девочки тяжелый сколиоз, искривление уже достигло 4-й степени. Яна сражается с ним изо всех сил – ежедневно, преодолевая боль в спине и груди, она делает специальные упражнения, сменила уже шесть жестких корсетов Шено. Но спина так и не выпрямилась, а боль лишь усилилась, уже есть признаки деформации внутренних органов. Врачи говорят, что без срочного хирургического лечения девочке грозит тяжелая инвалидность. В столичной клинике Яне готовы сделать операцию по новой, щадящей технологии, и она сможет наконец забыть о боли, расправить плечи и жить полноценной жизнью. Но операция стоит больше 2 млн руб., у родителей девочки таких денег нет. →

У Лени Педенкова из Новосибирска акушерский паралич правой руки – результат травмы, которую мальчик получил во время родов. Несмотря на лечение, правая рука до сих пор не работает полноценно. Леня играет, ест, одевается левой рукой и постоянно нуждается в посторонней помощи. Все это можно исправить, если провести этапную операцию. Но стоит она дорого, у родителей мальчика таких денег нет.  →

Даня Кулигаев из Севастополя родился с сильно вывернутой правой ножкой, буквально согнутой пополам. Но хирурги из Ярославля сделали почти невозможное: выпрямили малышу ногу, укрепив железной пластиной. Даня научился ходить, бегать, прыгать. Однако в августе этого года больная ножка перестала расти. Она уже отстает от здоровой левой ноги на 5 см. Даня хромает и не спит по ночам из-за сильной боли. Спасти мальчику ногу поможет еще одна сложная этапная операция, которую необходимо провести в самое ближайшее время. Но ее стоимость – больше 1 млн руб., у родителей Дани таких денег нет →