Акции

Еще год назад Настя Калинина из Ярославля могла бегать и гулять с друзьями, петь, танцевать и придумывать сюжеты для фотографий или видеороликов – девочка мечтала стать сценаристом. Сегодня Настя заново учится ходить после тяжелой травмы позвоночника – осложненного перелома шейного позвонка с повреждением спинного мозга. После сложной операции и нескольких курсов реабилитации девочка уже самостоятельно садится, встает, держась за опору, и неуверенно шагает, если рядом идет мама. Но чтобы вновь обрести уверенность в движениях, которую здоровые люди воспринимают как само собой разумеющуюся, восстановительное лечение надо продолжать. На его оплату требуется почти 1,3 миллиона рублей. Таких денег в семье нет. Нужна наша помощь. →

Из письма Дмитрия Овсянникова, папы Саши: «Саша родился с расщелиной нёба, верхней губы и альвеолярного отростка, деформированным носом. Хирургию мы начали в три месяца: сначала сыну провели пластику губы, затем устранили расщелину мягкого и твердого нёба. Зубы у Саши росли криво, он совсем не мог откусывать и жевать. С четырех лет мы проходим ортодонтическое лечение, оплачивать которое помогает Русфонд. Спасибо! Врачи провели большую работу по расширению недоразвитой верхней челюсти и нормализации прикуса. Но сын растет, идет смена зубов, им все еще тесно...»  →

Девочке из Ульяновской области 12 лет. У нее синдром Ретта, деградирует мозг. Генетическое заболевание, лекарство от которого пока испытывают только на мышах. Но у Юли болезнь сопровождается еще и каждодневными эпилептическими приступами. По шесть-восемь раз в день, с криками и судорогами. Утром Юля просыпается – и начинаются судороги, после которых девочка засыпает. Синдром Ретта пока нельзя вылечить, но эти каждодневные мучения прекратить можно. Обычные противосудорожные препараты Юле не помогают, но есть лекарство, которое стоит почти миллион. →

Из письма Светланы Гук, бабушки Андрюши: «Я бабушка и опекун Андрюши, воспитываю и лечу его в одиночку. Внук родился путем экстренного кесарева сечения – его туловище и шея оказались туго обвиты пуповиной. Перенес обширное кровоизлияние в мозг, нарастала дыхательная недостаточность. Три недели провел на аппарате искусственной вентиляции легких, потом его выхаживали в больнице. Выписали в три с половиной месяца, но мама от него отказалась. Я оформила опеку и забрала малыша. Он только лежал, к полутора годам едва приподнимал голову...» →

Из письма Нурислама Якубова, папы Вали: «У нас четверо детей, младшие дочки – двойняшки. Валя, одна из них, родилась с маленьким весом, ростом и множеством переломов, которые были получены еще в утробе матери! Жене во время беременности сказали, что у ребенка укорочены руки и ноги, но диагноз не поставили, а мы и не предполагали, что придет такая беда, ведь остальные дети здоровы. Из реанимации роддома дочку перевели в больницу. Там у нее сломалась кисть, которую зафиксировали повязкой, а больше никак не лечили – Валя просто лежала. Мы искали причину, обходили врачей...» →

Виталик Губенко живет в Волгограде с родителями, бабушкой и дедушкой. У мальчика аурикулокондилярный синдром – редкое врожденное заболевание, при котором нижняя челюсть недостаточно развита, а корень языка сильно смещен назад и перекрывает дыхательные пути. Виталику трудно глотать и очень тяжело дышать, особенно лежа и во сне. Ситуация критическая – малышу нужна срочная операция. Врачи готовы выправить ему нижнюю челюсть при помощи специальных дистракционных аппаратов. Вот только стоит такая операция без малого два миллиона рублей. Для родителей мальчика это огромная, непосильная сумма. →

Из письма Ксении Немовой, мамы Савелия: «Роды у меня были очень тяжелыми, сына я увидела только на второй день и сразу встревожилась: у малыша были неестественно большие глаза, высокий лоб и плоский затылок со сморщенной кожей. Невролог направил нас на УЗИ головы, и Савелию диагностировали редкое генетическое заболевание, при котором преждевременно срастаются кости черепа, что приводит к деформации головы и лица...» →

Вера Обыночная живет в подмосковном городе Лобне с мамой и старшей сестрой. Девочка учится в шестом классе, занимается йогой и готовится к поступлению в театральную студию – она мечтает стать актрисой. Но чтобы сбылась ее мечта, требуется длительное и комплексное лечение у ортодонтов, протезистов и хирургов. Вера родилась с глубокой расщелиной нёба, деформированными челюстями, перенесла ряд операций, до сих пор у девочки нарушен прикус, почти все верхние зубы разрушены, губа стянута послеоперационными рубцами. Лечение необходимо продолжать, но у Вериной мамы нет денег на его оплату. →

Сколиоз у Даши Понаморевой обнаружили в 12 лет. А сейчас ей 15. Три года болезнь пытались лечить консервативно. Девочка почти круглые сутки носила корсет Шено, занималась специальной лечебной физкультурой, проходила курсы реабилитации. Но искривление только росло – сейчас оно достигло 4-й степени, самой тяжелой. Деформируется грудная клетка, одно плечо поднялось выше другого, невыносимо болит спина. Даше срочно требуется операция. Врачи считают, что лучше всего использовать технологию VBT (Vertebral Body Tethering) – она устранит искривление, сохранив гибкость позвоночника. Но такая операция стоит больше двух миллионов рублей – для родителей девочки сумма неподъемная. →