Москва-акции

Из письма Анны Казыры, мамы Вероники: «Накануне родов врачи выявили на УЗИ у дочки диафрагмальную грыжу – через отверстие в диафрагме желудок и кишечник выпали в область грудной клетки. Мне сказали, что сразу после появления на свет Веронике понадобится операция. Но проблема оказалась еще сложнее: произошел заворот тонкой кишки, начался некроз. В минской больнице удалили пораженную часть кишечника, от тонкой кишки осталось лишь десять сантиметров...» →

Из письма Светланы Макушевой, мамы Ярослава: «В мае сына сбил автомобиль. Тогда врачи сделали все, чтобы спасти Ярослава, – в первые сутки провели четыре операции, в том числе трепанацию черепа. Десять дней после этого сын был в коме, затем долгое время оставался на аппарате искусственной вентиляции легких. Месяц лежал в реанимации, еще два месяца – в общем отделении. Ярослав выстоял – уже в больнице смог выйти из вегетативного состояния и начать активно восстанавливаться. В результате снова начал держать голову, шевелить ногами и руками, привставать на кровати и разговаривать...» →

Из письма Елены Цветковой, мамы Марики: «Дочка родилась здоровой, ходила в детский сад, занималась гимнастикой. Перед поступлением в школу врачи выявили у нее сколиоз 2-й степени. Ортопед назначил лечебную гимнастику, массаж, плавание. Марика все выполняла, но результата не было. Мы заказали жесткий корсет Шено, дочка носила его 20 часов в сутки. Он поддерживал позвоночник, снимал боль. Корсет периодически корректировали, подгоняя под нужный размер. Марика росла, позвоночник не выдерживал нагрузки, искривлялся все больше...» →

Десять лет назад с Ритой Зубковой из поселка Совхозный в Адыгее случилась беда. Девочка упала с велосипеда и ударилась правым коленом. Обычный, на первый взгляд, ушиб привел к тяжелой патологии сосудов и нарушению кровотока в коленном суставе – артериовенозной мальформации. Под коленом образовался клубок из вен и артерий. Сосуды раздуваются, и клубок растет. Из-за невыносимой боли Рита почти не могла ходить. Лечение давало лишь временный эффект. Последний шанс справиться с болезнью – использовать жидкий полимер «Оникс», который, постепенно проникая в патологические сосуды, полностью их закупорит. Но оплатить хирургическое лечение стоимостью около 1,5 млн руб. семья Маргариты не в силах. →

Из письма Анастасии Рудукан, мамы Оскара: «В декабре прошлого года у сына сильно заболели ноги и челюсть, затем поднялась температура. Оскара положили в больницу, врачи подозревали ревматоидный артрит. Но лечение не помогало, а вскоре стало еще хуже – у сына начало двоиться в глазах, появилась светобоязнь, правый глаз стал косить. Было назначено новое обследование, после МРТ и пункции костного мозга нам сообщили: у Оскара рак лимфатической системы с генетической поломкой, болезнь поразила костный мозг...» →

Из письма Снежанны Пугачевой, мамы Еси: «У дочки с рождения была странная форма головы – она была вытянутая кверху, словно башенка. Но врачи роддома не увидели никакой патологии. В поликлинике по месту жительства тоже сказали, что волноваться не о чем. Только в два месяца невролог на приеме заподозрил преждевременное сращение швов и срочно направил нас к нейрохирургу. Опасения подтвердились: оказалось, у Еси раньше времени срослись теменные кости. Это очень опасно – деформированные кости не дают мозгу развиваться...» →

Из письма Айшат Ахмаевой, мамы Ибрагима: «Во время беременности я чувствовала себя хорошо, все показатели были в норме. Мы с мужем врачи, он уже работает, а я еще учусь в ординатуре, поэтому все необходимые обследования я проходила вовремя. Врачи никаких проблем с малышом не видели. Ибрагим родился в срок. После обследования неонатолога малыша перевели в палату. А на второй день я заметила, что сын вялый, устает после кормления, дышит тяжело. Педиатр осмотрел его, услышал шумы в сердце, оправил на УЗИ. Оно показало, что у Ибрагима врожденный порок сердца...» →

Из письма Снежанны Пугачевой, мамы Еси: «У дочки с рождения была странная форма головы – она была вытянутая кверху, словно башенка. Но врачи роддома не увидели никакой патологии. В поликлинике по месту жительства тоже сказали, что волноваться не о чем. Только в два месяца невролог на приеме заподозрил преждевременное сращение швов и срочно направил нас к нейрохирургу. Опасения подтвердились: оказалось, у Еси раньше времени срослись теменные кости. Это очень опасно – деформированные кости не дают мозгу развиваться...» →

Из письма Татьяны Пироговской, мамы Антона: «Четыре года назад Антон начал жаловаться на головные боли и слабость. Сына положили в больницу на обследование. Оказалось, что уровень сахара в крови снижен, но кроме этого результат МРТ показал, что у Антона образовалась опухоль в головном мозге в области левого виска. Тогда врачи посчитали, что это глиоз – рубец, который остался после разрушения нейронов головного мозга. Правда, причину этого разрушения доктора не обнаружили. Они рекомендовали регулярно проходить обследования, чтобы контролировать опухоль...» →