• Спасение детей в вашем телефоне
  • Помочь так же просто, как позвонить
  • Cкачай приложение — помоги детям
Яндекс.Метрика
За 22 года — 12,644 млрд руб. В 2019 году — 19 599 448 руб.
14.12.2018

Общество

Одни и те же люди

Все люди творят добро и зло одновременно, смешивая их в той или иной пропорции



Валерий Панюшкин,

главный редактор Русфонда


Фото: Дмитрий Лекай, «Ъ»


Нет людей, которые творили бы добро, и людей, которые творили бы зло. Все люди творят добро и зло одновременно, смешивая их в той или иной пропорции. Эти жильцы, собиравшие подписи, чтобы выселить из своего подъезда семьи с детьми, больными раком крови, наверняка ведь не воспринимали это как мракобесие или жестокость, а воспринимали как защиту их собственных детей.

Пока разворачивается вокруг эта история про людей, собиравших подписи, чтобы выселить из подъезда семьи с детьми, больными раком крови, – я вспоминаю деда. Маму и деда. Обоих уже нет. Деда нет давно, мамы – недавно.

Дед был простым человеком. Первую половину жизни работал конюхом, вторую половину жизни – дворником. Но среди его непримечательных навыков было два, которыми он владел в совершенстве. Он варил фантастический студень, и он варил феноменальные щи. Все восхищались его студнем и его щами. Его студень и его щи были семейной легендой.

И вот однажды – это было сорок лет назад, мне было лет десять – дед пригласил всю свою семью, троих детей и многочисленных внуков на щи и студень в последний раз.

Ему было восемьдесят два года. Он умирал от рака легких. Он был очень худой, скелет, обтянутый кожей. Настолько немощный, что за праздничным столом, одетый в праздничный пиджак с орденскими планками, кренился на сторону под тяжестью орденских планок. И вот за пару недель до смерти позвал семью попрощаться. И из последних сил приготовил свои легендарные студень и щи. Тетушка, сестра отца, которая тогда жила с дедом, говорила, что готовил он почти двое суток, урывками по десять минут, с перерывами на забытье.

А я был маленький и не понимал, что это последний раз. Я просто ехал с родителями к деду на праздник, где будут, как всегда, праздничный студень и праздничные щи. Но перед самым подъездом дедова дома мама вдруг остановила меня и наклонилась ко мне.

Очень тихо, но очень серьезно мама сказала, что есть дедовы щи и дедов студень мне ни в коем случае нельзя. Потому что у деда рак и, возможно, сказала мама, рак имеет вирусную природу, поэтому она, мама, напекла и везет к деду еще и пироги, и мне следует есть только пироги, а студня и щей не есть, но при этом ни за что не показывать, что я их не ем, а делать вид, будто ем. И лучше будет, если я, не попробовав ни кусочка студня и ни ложки щей, скажу все же, что дедовы щи и студень – самые вкусные на свете.

Так я и сделал. И это один из актов малодушия, которые я до сих пор вспоминаю со жгучим стыдом.

Немаловажная подробность заключается в том, что мама моя была врач. Правда, психиатр. Наверное, после окончания медицинского института она ничего не читала по онкологии. А из институтского курса, наверное, помнила (раз уж была отличницей и окончила курс с красным дипломом), что некоторые виды рака имеют вирусную природу. Возможно, она даже помнила, что вирусом, а именно вирусом папилломы человека, вызывается рак шейки матки. Но, конечно, она не помнила, бывают ли еще какие-то виды рака, связанные с вирусом. А проверить не могла: интернета тогда не было, научные журналы надо было заказывать понемногу в медицинской библиотеке. Вот на всякий случай, в тревоге за единственного сына, мама и предположила, что, наверное, какие-то еще виды рака, кроме рака шейки матки, могут иметь вирусное происхождение, чем черт не шутит, может быть, и рак легких.

Это, конечно, со стороны ученого доктора был акт совершеннейшего мракобесия, суеверия и невежества.

Вместе с тем на том последнем празднике у деда мама исправно ела и нахваливала дедовский студень и дедовские щи. И если предположить, что она всерьез допускала для рака вирусную природу, то надо признать, что эта трапеза была для нее безусловным актом самопожертвования: ела смертельно опасную пищу, лишь бы не огорчить умирающего старика.

Вспоминая теперь этот эпизод, я думаю: вот же, в один и тот же день, в одном и том же месте, один и тот же человек совершил акт вопиющего мракобесия и акт светлого самопожертвования одновременно.

Знаете почему? Потому что люди всегда так делают. Нет людей, которые творили бы добро, и людей, которые творили бы зло. Все люди творят добро и зло одновременно, смешивая их в той или иной пропорции.

Эти жильцы, собиравшие подписи, чтобы выселить из своего подъезда семьи с детьми, больными раком крови, наверняка ведь не воспринимали это как мракобесие или жестокость, а воспринимали как защиту их собственных детей.

А активисты Савеловского района, выселяя из своего района прачечную для бездомных, выкрикивали ведь кроме оскорблений еще и заверения в том, что и сами участвуют в благотворительности, но только не такой, как им тут предлагает «Ночлежка».

А из четверти жителей города Волоколамска, которые вышли на митинг против свалки в Ядрово, сколько людей разделяют мусор и вывозят раздельно в специальный приемник? Полагаю, немногие. Людям это свойственно. Граница между добром и злом отделяет вовсе не людей, участвующих в благотворительности, от людей, участвующих в коррупционных схемах. В большой степени это одни и те же люди. Граница между добром и злом не делит общество на людей плохих и людей хороших. Граница пролегает по сердцу каждого человека.

Это немножко выспренне звучит. Зато помогает воздерживаться от осуждающих комментариев в СМИ и социальных сетях.

Контрастная статистика


Петиция vs благотворительность
Выяснить точно, о каком доме идет речь в истории с петицией против раковых больных, невозможно. На фрагменте скана петиции, который дают в СМИ, адрес замазан. Известно только, что дом находится на улице Миклухо-Маклая. Там многоэтажные многоквартирные дома, много 17-этажек. Старшая по подъезду собрала «более 40 подписей» – надо думать, по одной с квартиры. Следовательно, около 60% квартир – за выселение.

По данным опроса ВЦИОМ, 69% россиян за последние четыре-пять лет участвовали в благотворительных инициативах.

Онкофобия vs хосписы
Опросы показывают, что 75% россиян подвержены онкофобии. По словам эксперта «Левада-Центра» Ольги Караевой, даже те, кто непосредственно столкнулся с болезнью родственников, все равно не знают ничего, например, о хосписах, куда можно обратиться за помощью, а если и знают, то не хотят отдавать туда своих родных, потому что «в хоспис везут умирать».

Митинги против свалок vs раздельный сбор мусора
Площадь свалок в России – около 4 млн га, это равно площади Московской области или Нидерландов. Весной 2018 года на самый массовый митинг с требованием закрыть полигон твердых бытовых отходов «Ядрово» в Волоколамске пришли около 5000 человек – около четверти населения города.

В то же время лишь 11% участников апрельского всероссийского опроса ВЦИОМ назвали ситуацию с мусорными свалками в числе самых острых экологических проблем. Самостоятельно разделяют отходы и сдают их на переработку около 8% жителей России.

Смертная казнь vs несправедливые приговоры
В 2017 году опрос «Левада-Центра» показал, что 44% россиян поддерживают смертную казнь, 41% выступают против. В то же время, как сообщает ФОМ, 43% жителей России уверены, что в нашей стране суды часто выносят несправедливые приговоры. В целом положительно оценивают работу российских судов и судей 32% респондентов.

Качество медпомощи vs доступность
Декабрьский опрос ВЦИОМ показал, что ключевым фактором увеличения продолжительности жизни, по мнению 64% россиян, является доступность качественной медицинской помощи. В то же время в списке главных составляющих качества жизни доступность медицинской помощи заняла шестое место, пропустив вперед здоровье, безопасность, стабильный заработок, экологию, качество и доступность продуктов питания.

Забота об умирающих vs страх разговоров о смерти
С утверждением, что в России тяжелобольные умирают без должного внимания и достойной заботы со стороны врачей и социальных служб, согласились 78% участников всероссийского опроса, который «Левада-Центр» проводил летом 2018 года. Треть опрошенных (33%) сталкивались с неизлечимой болезнью своего родственника или близкого человека. Тем не менее разговоры о смерти вызывают страх у 51% населения, 37% боятся таким образом «накликать» смерть.

Составил Александр Столярчук



Кому помочь
Сумма *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.


Кому помочь
Сумма *
Валюта *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

рассказать друзьям:
ВКонтакте
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати