• Спасение детей в вашем телефоне
  • Помочь так же просто, как позвонить
  • Cкачай приложение — помоги детям
Жизнь. Продолжение следует
15.02.2019
Самая малость<br/>
как мера<br/>
всего на свете
Самая малость
как мера
всего на свете
Жизнь. Продолжение следует
08.02.2019
Девочка, <br>
которая упала<br>
и поднялась
Девочка,
которая упала
и поднялась
Русфонд.Позвоночник

1.02.2019
Полоса везения <br/>для Даши <br/>Сейфулиной
Полоса везения
для Даши
Сейфулиной
Яндекс.Метрика
За 22 года — 12,815 млрд руб. В 2019 году — 191 033 597 руб.
4.02.2019

Общество

Кто у врача начальник

Во Всемирный день борьбы с раком специалисты обсудили главные проблемы онкологии в России



Анна Боброва,

корреспондент Русфонда


Главный редактор Русфонда Валерий Панюшкин – модератор дискуссии

Одно из важнейших направлений деятельности Русфонда – помощь детям, болеющим раком. Программа «Русфонд.Онкология» существует с момента основания фонда; диагнозы, с которыми обращаются родители, – все виды лейкозов и лимфом, опухоли головного мозга, нейробластомы, нефробластомы, остеосаркомы, саркома Юинга и многие другие. Поэтому во Всемирный день борьбы с раком Русфонд стал соорганизатором круглого стола «Чего мы в России не знаем про рак?». Вместе с благотворительной организацией Cancer Fund мы собрали специалистов в центре «Благосфера», чтобы обсудить, как должна быть устроена онкологическая помощь в России. Модерировал дискуссию главный редактор Русфонда Валерий Панюшкин.


Можно ли диагностировать рак на ранней стадии?


Скорее всего, каждый человек слышал о важности ранней диагностики рака. Однако скрининги недооцениваются некоторыми врачами и оттого не становятся повседневной практикой, другими же специалистами переоцениваются и считаются чуть ли не панацеей. По мнению онколога, исполнительного директора Фонда профилактики рака Ильи Фоминцева, в России нет медицинского просвещения в средствах массовой информации и поликлиниках. «Участковые терапевты должны быть доверенным источником информации, но мы знаем, какую чушь они иногда несут по поводу скрининга и ранней профилактики рака. По нашим опросам, 25% врачей уверены, что вакцинация от вируса папилломы человека [ВПЧ] – это зло», – считает Фоминцев.

Хирург-онколог, председатель совета благотворительной организации Cancer Fund, заместитель директора по онкологии Клиники высоких медицинских технологий имени Н.И. Пирогова СПбГУ Андрей Павленко отмечает, что для скрининговых исследований в большинстве клиник не хватает профессиональных врачей. «Возьмем пример колоректального рака. Представим, что терапевты будут идеально работать на местах с пациентами, они будут выдавать тесты, четко информируя о том, как их использовать. И 100% пациентов сделают то, что необходимо сделать, и вернут этот тест. У части он окажется позитивный, и мы получим колоссальное количество людей, которым нужно сделать диагностическую колоноскопию. И окажется, что нет специалистов, которые могут сделать тотальную колоноскопию, нет необходимого оборудования и местные доктора не готовы».

Кроме того, программы скрининга населения требуют больших затрат. По словам онколога Андрея Костина, заместителя генерального директора НМИЦ радиологии Минздрава России, далеко не все экономически развитые страны могут позволить себе подобные программы. «Германия смогла запустить только маммологический скрининг и ничего более, и то сократив возрастной период».

По мнению специалистов, не существует способа предотвращения рака, но есть несколько эффективных вариантов скрининга, способных предупредить об опасности возникновения рака груди, прямой кишки, шейки матки, легких. Андрей Павленко говорит, что можно избежать, к примеру, колоректального рака. В случае предпосылок к развитию этого вида рака, к которым относятся сидячий образ жизни, лишний вес, курение, можно самостоятельно купить имуноцитохимический тест. Если тест оказывается положительным, то необходимо обратиться к эндоскописту, чтобы удалить полипы, из которых может вырасти опухоль. Удаление новообразований может полностью профилактировать развитие рака прямой кишки, уверен Павленко.


Как обучаются наши врачи?


Специалисты сходятся во мнении, что недостаточное образование врачей – одна из главных проблем в онкологии. Влияет и недостаток учебных часов, и квалификация преподавателей, и отсутствие обучения новым технологиям в медицинских вузах. Отдельной проблемой нужно считать незнание английского языка: по сведениям Ильи Фоминцева, современным языком медицинской науки владеют меньше 10% студентов-медиков.

Илья Фоминцев, онколог, исполнительный директор Фонда профилактики рака

«По большому счету, в России медицинское образование – это самообразование. Если человек мотивирован узнать что-то, то он узнает – при условии владения иностранным языком. Как правило, в институте не требуют знания языка, хотя без английского невозможно приобрести новые медицинские знания. На российские источники надежды нет», – добавляет Андрей Павленко.

Онколог, гематолог, основатель Клиники амбулаторной онкологии и гематологии Михаил Ласков считает, что в стране нет медицинской культуры, ведь большинство талантливых молодых специалистов вынуждены заниматься не получением и применением новых знаний, а бюрократической работой. По словам Ласкова, врач скорее будет наказан за неправильное заполнение бланка, нежели за незнание.

Андрей Костин утверждает, что существуют и положительные примеры организации постдипломного образования. Существуют нормативные акты, которые позволяют набирать в ординатуру действительно образованных выпускников вузов. «Мы ввели обязательное знание иностранного языка, 100% наших учащихся знают английский. Это совсем другие студенты – они действительно ведут себя по-другому».


Клинические рекомендации по онкологии: благо или зло?


Клинические рекомендации – это технический навигатор для врачей. Обычно он составляется на основе актуальных исследований. Андрей Павленко считает, что клинические рекомендации позволяют доктору понимать, в каких рамках он может «двигаться». Как правило, клинических рекомендаций дается несколько, чтобы специалист мог выбрать, какой из них следовать. «Очень важно, кто составляет клинические рекомендации, что за рабочие группы и насколько эти рекомендации соответствуют современным трендам», – подчеркнул он.

Илья Фоминцев полагает, что клинические рекомендации нужны – только не в том виде, в котором они существуют сейчас. «Они возникают после редактирования и переписывания с ошибками европейских рекомендаций», – объясняет онколог.


Насколько мы далеки от создания единого онкологического регистра?


«Как профессионалы мы недовольны канцер-регистром, который у нас есть. Тем не менее закон, по которому считают пациентов, существует. Конечно, нельзя забывать о временной проблеме: о пациенте узнают слишком поздно в ряде случаев», – рассказывает Андрей Костин.

Участники дискуссии – Михаил Ласков, Илья Фоминцев, Андрей Павленко, Андрей Костин

Андрей Павленко также считает, что актуальная статистика по онкологическим заболеваниям, по которой можно делать выводы, существует. Однако в России сложно прийти к стандартизированным показателям, на данный момент показания грубые. Среди недостатков онколог выделяет разрозненную систему статистики: в каждом регионе действует свой канцер-регистр. «Нам необходимо владеть информацией о каждом докторе, который включен в лечение онкологического больного. Я как хирург буду добиваться хирургического регистра, в котором будет информация о том, как часто случаются осложнения, какая летальность. Благодаря индивидуальному регистру можно будет разобраться и с профессионализмом. Мы должны понимать, с какой эффективностью врач лечит», – добавляет Павленко.

По словам Андрея Костина, в Министерстве здравоохранения хранятся данные с онкологическими паспортами специалистов, но они закрыты, поэтому пациенты не могут получить информацию о квалификации врача. Существуют только независимые сервисы с оценками онкологов, среди них справочная служба для онкологических пациентов и их близких «Просто спросить», созданная Фондом профилактики рака.


Как научить врачей разговаривать с пациентами?


Часто именно недостаток общения специалиста и пациента становится причиной неправильного представления о болезни. Не получив достаточной информации от врача, больной обращается к иным источникам, не имеющим отношения к медицинской науке. Так появляется лечение содой и драгоценными камнями. Специалисты считают, что обучению коммуникативным навыкам должны посвящаться специальные курсы медицинских институтов. Кроме того, у врачей должно быть больше времени на консультирование пациента.

По мнению Михаила Ласкова, врачам могли бы помочь качественные средства массовой информации, если бы распространяли не слухи и мифы, а актуальную информацию об онкологических заболеваниях и новых технологиях лечения. И главное, по словам Ильи Фоминцева, чтобы субъектом приложения медицинских усилий, заказчиком медицинских услуг и начальником врача стал не чиновник Минздрава, а пациент.


«Чего мы в России не знаем про рак?». Смотреть на ютьюбе →


Фото: Центр «Благоcфера»




Кому помочь
Сумма *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.


Кому помочь
Сумма *
Валюта *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

рассказать друзьям:
ВКонтакте
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати