Травля без правил
Родители строят систему противодействия буллингу
Иллюстрация Юлии Замжицкой
Когда школа не знает, что делать
Сын жительницы Петрозаводска Екатерины Михайловой столкнулся с буллингом в школе несколько лет назад. Группа одноклассников угрожала мальчику, портила вещи, провоцировала драки и пыталась унижать товарища при других детях.– В школе никто из педагогов не хотел всерьез вникать в ситуацию, но и мы с сыном не могли вдвоем противостоять происходящему, – рассказывает Екатерина.
Она обращалась к учителям, директору, пыталась разговаривать с родителями других детей. Однако школа долго предпочитала считать происходящее «обычным конфликтом». Лишь после обращения Екатерины в полицию ситуация начала меняться: после звонка полицейских администрация решила перевести подростков в разные классы.
Формально конфликт был исчерпан, однако сама история показала, насколько школа оказалась не готова к системной работе с травлей.
– Я понимала, почему школа неохотно слушала меня и моего сына, – говорит Екатерина. – Для педагогов вскрывшаяся травля – форс-мажор. А как действовать в таких случаях, что делать и кто должен этим заниматься, многие просто не знают.
После этого Екатерина вместе с единомышленниками – психологами, юристами и другими родителями – решила создать короткометражный фильм «Вместе против травли». Это своего рода инструкция для родителей, педагогов и самих школьников. Картину снимали практически без бюджета: на телефон, с минимальными затратами на свет и оборудование.
Главная мысль фильма проста: ребенок не должен оставаться с буллингом один на один.
– Мне бы хотелось, чтобы каждый ребенок знал: нельзя молчать, если тебя обижают. Сказать об этом взрослым – не донос, а способ выйти из круга насилия, – говорит Екатерина.
Еще до премьеры фильма в Петрозаводске в начале мая, куда пришло множество зрителей, Карельский институт развития образования рекомендовал его школам региона как методический материал. Сейчас фильм находится в свободном доступе.
Вернуться в школу после болезни тоже испытание
Жертвой буллинга может стать любой ребенок. Но особенно уязвимыми оказываются дети, которые чем-то отличаются от сверстников, в том числе дети после тяжелых заболеваний.Согласно исследованию новосибирского благотворительного фонда «Завтра будет», каждый пятый ребенок, перенесший онкологическое заболевание, сталкивается с травлей в школе.
Фонд вместе с социологами опросил более 130 семей из 25 регионов России: детей в ремиссии и их родителей. Еще 24 глубинных интервью исследователи провели с педагогами, экспертами и семьями. Выяснилось, что после возвращения в школу дети часто сталкиваются с изоляцией, насмешками, повышенным вниманием и непониманием со стороны одноклассников.
Причин много. После лечения у ребенка может измениться внешность, он быстрее устает, медленнее выполняет задания, хуже усваивает материал. Все это делает его заметнее для класса и превращает в мишень для насмешек.
При этом семьи чаще всего обращаются за помощью именно к классным руководителям. Но, как показало исследование, реальную поддержку получает только треть из них.
– Система повышения квалификации педагогов сегодня практически не включает навыков работы с детьми, перенесшими онкологические заболевания. Учителя не знают, как разговаривать с ребенком, с классом и с родителями, – говорит исполнительный директор фонда «Завтра будет» Ксения Алешина.
Алешина считает, что школе здесь нужна не критика, а поддержка:
– Мы не хотим учить учителей или менять систему образования. Мы можем стать партнерами и привнести свою экспертизу. Само слово «рак» до сих пор пугает людей: многие просто не знают, как разговаривать с тяжелобольным ребенком и что объяснять его одноклассникам. Здесь нужны понятные материалы – листовки, мультфильмы, рекомендации для школ.
По итогам исследования фонд предлагает разработать методические рекомендации и программы повышения квалификации для педагогов, подготовить протоколы адаптации детей после длительного лечения.
Травля ломает не слабых, а любых
Одну из самых известных антибуллинговых программ для школ в России создали сотрудники проекта «Травли NET» АНО «Благотворительная организация „Журавлик“». Специалисты проекта подчеркивают: буллинг – болезнь коллектива, а не проблема личности.Психолог проекта Ксения Чакун говорит, что многие взрослые пытаются работать только с ребенком, который подвергается травле. Но любая ситуация насилия затрагивает не только жертву и агрессора, а всю группу – одноклассников, наблюдателей, взрослых.
– Человеку очень трудно идти против толпы, – говорит Ксения Чакун.
По ее словам, жертвами буллинга становятся не только дети, которые чем-то заметно отличаются от других:
– Даже очень уверенного ребенка травля постепенно разрушает, потому что ее мишень – всегда самооценка. Многие дети думают: «Я сейчас научусь правильно отвечать – и все закончится». Но так не получается.
Специалисты проекта стараются работать не только с пострадавшими детьми, но и с агрессорами и их родителями.
– Многие дети участвуют в травле не из-за врожденной жестокости, а из страха оказаться вне группы, – говорит Ксения Чакун. – Важно отделять ребенка от его поступка. Не ребенок плохой, а его поступок. Ребенка можно поддерживать, не поддерживая насилие.
Сейчас у проекта работает горячая линия в формате письменных обращений, а также онлайн‑консультации и терапевтическая поддержка для детей, родителей и педагогов, столкнувшихся с травлей.
Подход к системе
В России уже второй год обсуждается законопроект о противодействии буллингу, разработанный комитетом Госдумы по молодежной политике. Однако документ до сих пор не принят.В результате именно школы, поскольку случаи травли там наиболее заметны, вынуждены сами решать, считать ли происходящее «обычным детским конфликтом» или системной проблемой, требующей вмешательства.
– Сейчас никаких общих стандартов нет, и часто школе проще, чтобы ушел ребенок-жертва. Тогда появляется ощущение, что проблема решена, – говорит Ксения Чакун. – Но на самом деле освободившееся место просто займет другой человек. При этом одного закона недостаточно: нужна и постоянная просветительская работа с учителями, детьми и родителями.
Пока семьи, учителя и НКО вынуждены действовать поодиночке – искать психологов, договариваться со школой, обращаться в полицию, снимать просветительские фильмы и самостоятельно объяснять детям, что травля не «обычный конфликт». Выстроенной системы норм, правил и механизмов, которые помогают справляться с буллингом, в России до сих пор нет.
