Правила умножения
14-летнего мальчика спасет пересадка костного мозга
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29065/a4a33c79-7cf0-4d5a-a661-e03515cb90c4-1_KHNCN20240824-9856.jpg)
Месяц назад у Максима снова случился рецидив лейкоза. «Братские» клетки не прижились
На первом приеме у врача Максим потерял сознание. Он до последнего терпел боль, старался не расплакаться и рухнул прямо в кабинете. Мальчика отвезли на анализы, взяли кровь и стали ждать результаты. Каждую минуту Любови, маме Максима, звонил младший сын, шестилетний Артем, ревел в трубку и кричал: «Мама, где Максим? Я должен его спасти!»
– У них какая-то особая связь, они очень друг друга чувствуют даже на расстоянии, – говорит Любовь.
Сейчас братьев разделяет тысяча километров. Максим с мамой в Санкт‑Петербурге, в Национальном медицинском исследовательском центре (НМИЦ) онкологии имени Н.Н. Петрова, лежит под капельницей. У него второй рецидив острого миелобластного лейкоза. А Артем в Воронеже с бабушками и дедушками, готовится пойти во второй класс. Папа остался на службе в алтайском Рубцовске.
– Последний раз все вместе мы виделись год назад в Воронеже, – вспоминает Любовь. – Тут у нас родной дом и школа, где мы сидели с мужем за одной партой. На выпускном вечере нам зачитывали записки, которые мы писали в третьем классе. Игорь тогда написал: «В 25 лет я буду офицером и женюсь на Любаше». Так и вышло.
Максим родился в Чите, где служил тогда папа. За 14 лет мальчик сменил четыре школы в разных городах. Семья жила в Чите, Канске, Екатеринбурге. В Рубцовске они прожили совсем недолго. Накануне 2023 года Максим вдруг слег с температурой и кашлем.
– Макс у нас всегда был стойким оловянным солдатиком, – вспоминает Любовь. – На улице мороз 40 градусов, воды дома нет, Максим одевается и говорит: «Я сейчас» – и через полчаса приносит канистру с водой, восемь литров. Занимался баскетболом и плаванием, учился на пятерки и мечтал стать офицером, как папа. Я даже не припомню, чтобы он серьезно болел.
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29070/c3d854da-3d50-4e55-8d71-a6731790a077-6_KHNCN20240824-0353.jpg)
Но в конце января прошлого года болезнь поразила его почти мгновенно. Мышцы болели так, что Максим кричал от боли. Через неделю он не мог встать на ноги без посторонней помощи. К врачу мальчика возили на инвалидной коляске. Ему искали подходящую клинику в разных городах страны. Клиника нашлась в Санкт‑Петербурге.
По словам Любови, врачи из НМИЦ онкологии вытащили сына с того света:
– Максиму провели четыре курса химиотерапии, которую он очень стойко перенес и вышел в ремиссию. Нам разрешили вернуться домой под наблюдение местных врачей.
Счастье длилось всего три месяца. В октябре 2023-го у Максима случился первый рецидив. Сначала набухли и стали кровоточить десны. «Это тромбоциты упали, – сказал он маме, – пойдем к врачу». И оказался прав: рак вернулся. Теперь без пересадки костного мозга было не обойтись.
Анализы на совместимость клеток костного мозга сдавала вся семья: мама, папа и Артем, которому только-только исполнилось семь лет. Лучше всех, на 90 процентов, подошел Артем. «Не бойся, я тебя спасу», – сказал он Максу.
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29074/85b20b19-539c-435f-974b-0bbc3028a6d9-10_KHNCN20240824-1328.jpg)
Трансплантация костного мозга прошла в феврале этого года. Оба брата мужественно ее перенесли. Младший несколько часов подряд сидел, подключенный к аппарату, который перекачивал его кровь, выделяя из нее стволовые клетки для трансплантации. У Максима процесс подготовки и приживления «братских» клеток занял долгих четыре месяца. Все это время они созванивались и придумывали, чем будут заниматься, когда Максим вернется домой. Старший брат обещал научить Артема плавать и выучить с ним таблицу умножения.
Но в июле этого года у Максима снова случился рецидив. «Братские» клетки не прижились. Врачи говорят о необходимости повторной пересадки костного мозга, и теперь обязательно от неродственного донора. Это стоит дорого.
– Максим, держись, мы накопим тебе деньги, – всхлипывает Артем. – У меня уже есть восемьсот рублей.
Через три дня Артем пойдет во второй класс. Ему трудно понять, что для спасения брата нужна сумма в тысячу раз больше. Когда Максим вылечится и вернется, он научит брата умножению.
Светлана Иванова,
Санкт‑Петербург
Фото Надежды Храмовой
Для спасения Максима Коровянского не хватает 819 165 руб.
![](/images/faces/fedukova240.png)
Заведующая детским гематологическим отделением Национального медицинского исследовательского центра онкологии имени Н.Н. Петрова Юлия Федюкова (Санкт‑Петербург): «У Максима острый миелобластный лейкоз. Течение болезни тяжелое, в ходе лечения возникло два рецидива. После первого вывести мальчика в ремиссию не удалось, и ему пересадили костный мозг от младшего брата. Но вскоре случился второй рецидив, и теперь единственным способом излечения является трансплантация костного мозга от неродственного донора. Его поиск, активацию и доставку трансплантата организует Национальный регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова».
Стоимость подбора, активации донора и доставки трансплантата 1 073 915 руб. Жертвователи, пожелавшие остаться неназванными, внесли 200 000 руб. Читатели «Коммерсанта» и rusfond.ru собрали 54 750 руб. Не хватает 819 165 руб.
Дорогие друзья! Если вы решили спасти Максима Коровянского, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Деньги можно перечислить в Русфонд или на банковский счет мамы Максима – Любови Александровны Коровянской. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде.
Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. А владельцы айфонов и андроидов могут отправить пожертвование через мобильное приложение. Скачать его можно здесь.
Экспертная группа Русфонда