Иоланта Маматказина

Дочке было полгода, когда я заметила у нее в глазах странное свечение. Окулист в поликлинике уверяла, что все в порядке. Но я обратилась в платную клинику, и там мы узнали страшную новость: у дочки рак глаз. Нужно было срочно спасать зрение и саму жизнь Ланы. Дома нам помочь не могли, направили в Москву, в НИИ глазных болезней имени Гельмгольца. Дочке назначили внутриартериальную химиотерапию, при которой лекарство подается через сосуды прямо к опухоли. Итог лечения был ужасен: Лана ослепла. Никто нам до сих пор так и не объяснил, что случилось. Врачи обещали, что вскоре зрение восстановится, но, увы. Горю нашему не было предела. Но мы продолжали борьбу с раком. После нескольких курсов химии нам предложили удалить правый глаз, потому что он стал уменьшаться в размере. Но я решила, что нужно узнать мнение зарубежных врачей, и мы уехали в Нью-Йорк. Профессор в онкологическом центре сказал, что сейчас опухоль не растет, а слепота, возможно, связана с повреждением левого глаза во время операции. У нас появилась надежда, что при стимуляции зрительного нерва вернется хотя бы частичное зрение. Правый глаз решили не удалять, просто ему вернут прежнюю форму с помощью введения специальных жидкостей. А еще нас взяли в бесплатную программу для социальной реабилитации слепых детей, чтобы дочка научилась жить со своим недугом. Мы продали квартиру и машину, чтобы лечить Ланочку в Москве, а друзья и родственники помогли собрать деньги на обследование в США. Вся наша семья, я, муж и шестилетний сын Родион, просит вас о помощи! Екатерина Маматказина, Краснодарский край.