Акции

Из письма Юлии Мироновой, мамы Вари: «Сразу после рождения Вари неонатолог услышал у нее шумы в сердце. Дочку обследовали и диагностировали у нее врожденный порок сердца – дефект межпредсердной перегородки, заговорили об операции. Для нас это стало шоком. Я обратилась в Томский НИИ кардиологии, где успешно оперируют малышей. Томские врачи обследовали Варю, сказали, что ей нужно окрепнуть и набрать вес, а пока взяли дочку под наблюдение. Все это время я надеялась, что дефект закроется сам. Но после недавнего обследования врачи сказали, что операцию больше нельзя откладывать…» →

Яромир Черей живет в Орле. Необычное имя ему придумал папа – Яромир на древнерусском означает «солнечный мир». У мальчика врожденная деформация черепа: лобные кости срослись преждевременно, из-за этого головной мозг зажат и не может развиваться. Ребенку грозит умственная отсталость, слепота и глухота. Единственный выход – хирургическое исправление деформации. Операцию проведут по государственной квоте, но родителям нужно самим оплатить компьютерную подготовку и специальные саморассасывающиеся пластины. У семьи на это нет денег. →

Из письма Анны Козловой, мамы Лизы: «Сразу после рождения дочки я увидела, что лицо у нее несимметричное – лоб будто скошен, носик искривлен, один глаз был больше другого и не открывался. Врачи роддома меня успокаивали, говорили, что все нормализуется. В поликлинике моего беспокойства тоже не поняли. В декабре мы поехали на консультацию к нейрохирургу. Врач диагностировал тяжелую патологию: сращение коронарного шва и плагиоцефалию – асимметрию свода черепа. Эта патология очень опасна: маленький череп будет сдерживать развитие мозга…» →

Из письма Лианы Габбасовой, мамы Сафины: «В полгода у дочки стал выбухать родничок. Врачи не могли понять причину. Со временем на голове у Сафины образовался костный гребешок, лоб сузился, а затылок стал плоским. Нейрохирург диагностировал преждевременное сращение костей черепа. Это очень опасно: тесная черепная коробка сжимает растущий мозг, дочка может ослепнуть и оглохнуть…» →

У трехлетней Лизы из села Вагай Тюменской области острый лимфобластный лейкоз – рак крови. Девочка уже перенесла несколько курсов высокодозной химиотерапии, но болезнь не отступила, остается угроза рецидива. Единственный шанс на спасение – трансплантация костного мозга. Донором для девочки станет ее полуторагодовалый брат Марк. После процедуры Лизе потребуются дорогие противоинфекционные препараты, которые не входят в государственную квоту. →

Из письма Кристины Рапиковой, мамы Веры: «Дочка родилась недоношенной и очень слабенькой, весила всего 1300 граммов. Нас сразу забрали в реанимацию перинатального центра, где у малышки обнаружили порок сердца – открытый артериальный проток. Кроме того, врачи отметили признаки легочной гипертензии. После выписки нас направили к кардиохирургу в Областную клиническую больницу (ОКБ) №1, где Верочку полностью обследовали и подтвердили диагноз. Врачи сказали, что ребенка спасет только операция на открытом сердце…» →

Трехлетнего Мишу из Саратова переломы преследуют с первых месяцев жизни. У мальчика несовершенный остеогенез – очень хрупкие кости. Благодаря упражнениям и терапии препаратом памидронат Миша окреп, начал ходить, переломы стали случаться реже. Чтобы мальчик мог вести обычный – ну, почти обычный – образ жизни, лечение необходимо продолжать. Но прежде Мише требуется сложная и дорогая операция для укрепления правого бедра специальным штифтом. Иначе мальчик на всю жизнь останется инвалидом. →

Из письма Натальи Тороповой, мамы Даши: «С первого месяца жизни у дочки начались судорожные приступы, врачи диагностировали эпилепсию. Лечение не помогало, лишь в два с половиной года Даше в московской клинике подобрали лекарство, благодаря которому удалось уменьшить количество приступов. Все это время результаты анализов показывали низкий уровень сахара в крови, но врачи не считали это важным. И только осенью 2017 года после обследования в Центре эндокринологии в Москве Даше поставили диагноз "гиперинсулинизм". Поджелудочная железа дочки вырабатывает слишком много инсулина, который "съедает" глюкозу в крови. Это нарушает работу всех органов…» →

Из письма Елены Дмитриенко, мамы Арины: «Арина родилась с расщелиной нёба. Дочку дважды оперировали в республиканской больнице, но безуспешно: устранить расщелину не удавалось. Наконец мы попали в московский Центр челюстно-лицевой хирургии, где Арине провели обследование и составили план ортодонтического и логопедического лечения. В госквоту его стоимость не входит, а для нашей многодетной семьи она слишком высока. Лечение начали при финансовой поддержке Русфонда. Арине расширили челюсти, выровняли зубные ряды. Дочка уже лучше выговаривает звуки, которые раньше не могла произносить. Но еще остается расщелина твердого нёба…» →