• Спасение детей в вашем телефоне
  • Помочь так же просто, как позвонить
  • Cкачай приложение — помоги детям
Жизнь. Продолжение следует
22.03.2019
Даша и Маша:<br>
теория и практика<br>
управления миром
Даша и Маша:
теория и практика
управления миром
Жизнь. Продолжение следует
15.03.2019
Слишком ранимая <br/>кожа между <br/>страхом и любовью
Слишком ранимая
кожа между
страхом и любовью
Яндекс.Метрика
За 22 года — 12,970 млрд руб. В 2019 году — 345 620 404 руб.
14.03.2019

Медицина

Порочный союз

Бюрократия не успевает за развитием медицины



Алексей Каменский,

корреспондент Русфонда

Фото: pixabay.com

Бюрократия царит повсюду. А в медицине – особенно. По данным недавнего исследования российского отделения консалтинговой компании Boston Consulting Group (BCG), наши врачи тратят на заполнение бумаг 70–80% своего рабочего времени. Мы собрали несколько малоизвестных фактов о том, как бюрократия тормозила и тормозит разные сферы медицины в России и других странах.


100 000 страниц медицинских документов в день


Такова производительность госпиталя Waid City Hospital в Цюрихе. В госпитале 500 коек, за год через его стационар проходит 8–9 тыс. человек, к этому надо прибавить 40 тыс. амбулаторных пациентов. На каждого пациента приходится в среднем по 750 страниц документов. Эти данные приводятся в исследовании «Бюрократия и медицина – порочный союз». Авторы исследования хотели продемонстрировать, какие проблемы создает для врачей строгий контроль качества их услуг.

Каким образом появляется столько бумаги, хорошо видно из других работ. В прошлом году российское отделение консалтинговой компании Boston Consulting Group (BCG) подсчитало, что российские врачи 70–80% времени приема тратят на заполнение и оформление документации. Американские цифры немногим лучше: по данным исследования «Распределение времени врача в амбулаторной практике», на каждый час работы врача с пациентом приходится два часа заполнения бумаг.


Неположенная группа крови


Группа крови у человека может меняться, но медицинские чиновники долго не могли этого понять. Дело в том, что меняться группа крови может лишь в одном случае – при трансплантации костного мозга. Донорский мозг подбирают по так называемым генам гистосовместимости – у реципиента и донора они должны быть одинаковыми. А вот совпадение группы крови не обязательно. «Стараются, конечно, подбирать и по группе крови, но это не всегда возможно», – говорит Людмила Бубнова, руководитель Республиканского центра иммунологического типирования тканей РосНИИГТ ФМБА.

Донорский костный мозг, попав в организм реципиента, начинает производить «свою» группу крови, и она постепенно замещает кровь реципиента. «Это сложный процесс, некоторое время две группы крови могут существовать параллельно. В это время бывает, например, что группа определяется как четвертая, хотя у пациента третья, а у донора – вторая», – объясняет Михаил Масчан, заместитель генерального директора НМИЦ имени Дмитрия Рогачева по научной работе. Между тем в истории болезни сохраняются данные о старой группе крови. Все, что связано с кровью, очень жестко контролируется государством, говорит Масчан: «Трудно было объяснять членам различных комиссий, почему мы используем кровь "не той" группы. Правда, последние годы я с такой проблемой не сталкивался».


Несогласованный пол


Получение паспорта при смене пола может оказаться сложнее, чем сама смена пола. До начала прошлого года проблема была в документе, подтверждающем смену, говорит юрист Проекта правовой помощи трансгендерным людям Даниил Хаймович: ссылка на этот документ в законе «Об актах гражданского состояния» была, а самого документа не было. До прошлого года проект ежегодно предоставлял 700–800 консультаций для трансгендерных людей и помогал им вести судебные дела. Дело гражданина Х (фамилию Проект правовой помощи не называет, а пол всегда указывает тот, который человек хочет получить) тянулось три года. Психиатр, а затем врачебная комиссия поставили ему диагноз «трансгендер», и с документом об этом он обратился в отдел ЗАГС, чтобы получить новый паспорт. Но получил отказ, поскольку «законодательно не утвержден документ установленной формы», который мог бы служить основанием для смены пола в паспорте. Тогда гражданин Х подал на отдел ЗАГС в суд.

Сначала районный, а потом областной суд Новосибирска отказали ему: судьи решили, что менять пол в документах можно, только если «изменение пола произошло в результате хирургических операций и является уже свершившимся и необратимым фактом». Дело долго путешествовало по судам разных инстанций, побывало и в ЕСПЧ, но наконец было возвращено в районный суд, который на этот раз удовлетворил претензии Х, поскольку, как теперь заметил судья, требования об операции в законе нет: чтобы поменять пол в паспорте, не обязательно перед этим менять его хирургическим путем. Еще год потребовался, чтобы решение суда было выполнено: паспорт гражданин Х получал в свое время на Украине, а там для замены паспорта понадобились дополнительные документы.

Далеко не всем клиентам Проекта удавалось добиться нового паспорта, говорит Хаймович. В феврале прошлого года вступил в действие приказ Минздрава «Об утверждении формы и порядка выдачи медицинской организацией документа об изменении пола» – и стало едва ли не хуже. «Установленная форма» есть, но теперь ее выдает комиссия, в составе которой обязан быть сексолог. А таких врачей в России единицы. То есть теперь известно, как должна выглядеть вожделенная справка для смены пола в паспорте, но собрать специалистов, которые бы выдали документ, почти невозможно, констатирует Хаймович.


Изменчивый реагент


Новые реагенты для лабораторных анализов появляются быстрее, чем компании успевают зарегистрировать уже существующие. Производство таких реагентов – одна из самых быстро развивающихся сфер: реагенты модернизируются буквально каждый месяц. Между тем регистрация нового реагента занимает, по данным игроков рынка, от девяти месяцев до двух лет, а внесение изменения в существующее регистрационное удостоверение – примерно три месяца. Так что продукт может устареть еще до регистрации.

«За рубежом есть отдельное законодательство для диагностики in vitro, – говорит Владимир Колин, генеральный директор компании "ДНК-Технология". – Специфика ее в том, что реагенты не контактируют непосредственно с человеческим организмом, поэтому требования к ним другие. Кроме того, там существует отдельное регулирование для инновационных продуктов: существуют ситуации, когда производитель какое-то время может обходиться без регистрации, ответственность за использование реагентов берет на себя лаборатория или клиническое учреждение. Это упрощает вывод продукта на рынок».


Непризнанный рак


Гистиоцитоз из клеток Лангерганса – редкая (два-четыре случая на миллион), преимущественно детская болезнь. Она связана с аномальным размножением особого вида клеток – макрофагов и может затрагивать самые разные органы: от кожи до костного мозга. При единичном очаге поражения она обычно излечивается, при многоочаговых поражениях часто приводит к летальному исходу. «Несколько десятилетий врачи не знали, отнести ее к нарушениям в сфере иммунитета или к опухолям, – рассказывает Михаил Масчан, специализирующийся на этом заболевании. – В МКБ-10 она отнесена к группе "болезни крови и кроветворных органов", но теперь понятно, что это опухоль, для которой нужна химио- и таргетная терапия». Пациенты Масчана получают соответствующее лечение, «а потом приходят проверяющие из страховых компаний и говорят – вы их неправильно лечите, тратите на них дорогостоящую онкологическую квоту». Претензии страховщики высказали в прошлом году и разбирательство еще не закончено, говорит врач.


Кому помочь
Сумма *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.


Кому помочь
Сумма *
Валюта *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней.

рассказать друзьям:
ВКонтакте
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати