Краснодар-акции

Из письма Анны Шпак, мамы Тёмы: «В год сын начал произносить слоги, но затем развитие речи остановилось. Потом я заметила, что Тёма не всегда отзывается на имя, и повела его к лору. Мы пролечили воспалившиеся аденоиды, но никаких улучшений в плане слуха и речи не произошло. Вскоре сурдолог выявил у сына тугоухость. Нам выдали один слуховой аппарат, но Тёма отказывался его носить. К трем годам тугоухость прогрессировала до максимальной стадии...» →

Из письма Светланы Мешлок, мамы Мадины: «До 12 лет дочка была гибкая, пластичная, любила танцевать – ее даже звали в спортивную секцию профессионально заниматься гимнастикой. Но Мадина часто болела, и я решила ее поберечь. А потом я заметила, что у нее стал искривляться позвоночник. Ортопед выявил сколиоз 2-й степени. Лечебная физкультура, массаж, физиопроцедуры, курсовое лечение в больнице не помогли, сколиоз достиг 3-й степени. Тогда врач рекомендовал носить жесткий корсет Шено. Оплатить его изготовление у нас не было возможности, и на помощь пришли читатели Русфонда...» →

Из письма Рано Матвиенко, мамы Левы: «О том, что у сына деформирована правая стопа, я узнала только после родов, до этого ни одно УЗИ дефекта не выявило. Леве диагностировали правостороннюю косолапость. После выписки я сразу стала искать информацию о патологии и узнала о щадящем способе лечения – методе Понсети. К счастью, у нас в крае есть специалисты, которые владеют этим современным методом исправления косолапости. Мы обратились в новороссийский центр „Орто-Н“. Ортопед разъяснил нам, что чем раньше начать лечение, тем больше шансов...» →

Из письма Екатерины Шуптиевой, мамы Олега: «В три года сын тяжело переболел менингоэнцефалитом. После этого Олег долго восстанавливался, его развитие остановилось. Сын стал часто переспрашивать, его речь сильно ухудшилась. Обследование показало, что произошло резкое снижение слуха – у Олега диагностировали тугоухость 3-й степени. В 2022 году при поддержке Русфонда сын получил свои первые слуховые аппараты...» →

Из письма Виктории Лысаковой, мамы Степы: «После рождения отклонений у сына врачи не нашли, до трех месяцев он развивался по возрасту. Но потом Степа ослабел, стал много спать, не удерживал игрушки, один глаз начал косить. В детской поликлинике назначили курс массажа, лекарства, дополнительно мы обратились к остеопату. В одиннадцать месяцев сын сел, в два года самостоятельно пошел. А через полгода у Степы начались судороги – сначала приступы были редкими, затем стали постоянными, сейчас происходят каждый день. После обследований врачи установили причину...» →

Из письма Марии Элван, мамы Халида: «Сын родился с подвернутой правой ногой, стопа была загнута внутрь. Врачи диагностировали косолапость, рекомендовали в месяц показать Халида ортопеду. В остальном сын был здоров, и через четыре дня мы были уже дома. Плановое УЗИ во время беременности патологии не показывало, и мы ничего про косолапость не знали, поэтому сразу же принялись собирать сведения о заболевании, искать врача. Узнали о новороссийском ортопедическом центре „Орто-Н“ – лечившиеся там давали хорошие отзывы. Привезли Халида на прием в эту клинику. Там нам подтвердили диагноз...» →

Из письма Светланы Колтаковой, мамы Люды: «Год назад я заметила, что у дочери стал искривляться позвоночник. Мы обратились к ортопеду, он выявил сколиоз 3-й степени. Люда выполняла все рекомендации – занималась лечебной физкультурой, ходила на массаж, спала на жесткой постели. Дочь увлеченно занималась музыкой, училась игре на баяне, пела. Но занятия пришлось отменить: баян тяжелый, спина искривлялась все сильнее...» →

Из письма Дианы Зиберевой, мамы Леона: «Сыну было три месяца, когда у него выявили тугоухость 4-й степени. Эту особенность он унаследовал от нас, родителей, – я и муж оба слабослышащие. Мы научились справляться с недугом: папа Леона работает, я учусь, получаю высшее образование. По рекомендации сурдолога мы рассматриваем вместе с сыном книжки, рассказываем истории, сказки и потешки, учим Леона различать звуки...» →

Из письма Галины Глинской, мамы Левы: «Проблемы начались на седьмом месяце жизни сына: он перестал спать, отставал в развитии. Потом случился первый судорожный приступ, врачи выявили поражение клеток головного мозга Левы. Ему присвоили инвалидность, и мы начали борьбу за здоровье. Мы постоянно ездим в медцентры и санатории, сын принимает лекарства, проходит курсы массажа...» →