Статьи автора
Ложный сустав
Алешу Зверева спасет этапная хирургия
Из одиннадцати своих лет уже как минимум года три Алеша провел, лежа в постели. У него нейрофиброматоз – генетическое заболевание, при котором по всему телу образовываются доброкачественные опухоли. Доброкачественные в том смысле, что они не метастазируют, не разлетаются по всему организму, но каждая такая опухоль может блокировать нервные импульсы, идущие к самым разным органам. Бывает, что от этих опухолей люди теряют слух, зрение, способность сохранять равновесие... А бывает, что нервная система перестает получать и посылать сигналы костям. У Алеши как раз такой случай – его организм «не видит» берцовые кости в правой ноге. →
Половина мозга
Арине Остаповой нужна послеоперационная реабилитация
Девочке девять лет. Она живет с родителями и младшей сестрой в поселке Туим в Хакасии. И у нее энцефалит Расмуссена. При этом аутоиммунном заболевании воспаляется одно из полушарий мозга. По неизвестной науке причине собственные Т-лимфоциты, иммунные клетки, начинают атаковать половину мозга, от этого возникают эпилептические приступы, замедляется развитие и половина тела постепенно слабеет. Лечение, по сути, сводится к тому, чтобы воспаленное полушарие хирургически отделить от остального мозга, а то и вовсе удалить. А потом кропотливой реабилитацией научить оставшуюся половину мозга брать на себя все утраченные организмом функции. У детей это возможно – мозг очень пластичен. →
Свет гаснет
Аню Старову спасет операция на позвоночнике
Девочке из города Павлово Нижегородской области 16 лет. У нее тяжелый прогрессирующий сколиоз. Уже не просто болят спина и голова. Уже выпятилась горбом лопатка, и в школе трудно досидеть до последнего урока. Уже сжаты собственным позвоночником внутренние органы: захлебывается сердце, не расправляются легкие, и мозгу настолько не хватает кислорода, что время от времени свет гаснет – Аня падает в обморок. Между тем это можно исправить. Сложная, но хорошо отработанная операция по новой технологии: гибкие тросики крепятся шурупами к позвонкам, протягиваются вдоль позвоночника и выпрямляют его. И не мешают потом движениям в полном объеме. И не препятствуют росту. И все как прежде. Вот только стоит эта операция с тросиками больше двух миллионов рублей. →
Приближение рыбалки
Лизу Темленову спасет операция на позвоночнике
Девочке из Томска 16 лет. После девятого класса она хотела поступить в медицинский колледж и стать медсестрой в детской больнице – любит возиться с детишками. Но, кажется, в этом году не получится. У Лизы тяжелый сколиоз, искривление позвоночника. Без операции не обойтись. И нужна не просто операция, а технология VBT (Vertebral Body Tethering) – гибкие тросики надо прицепить к позвоночнику, чтобы они выпрямили девочке спину, но не мешали ей расти и нормально двигаться. Чудесная технология, самая передовая, но очень дорогая – два с лишним миллиона рублей. Откуда такие деньги у Лизиных мамы и папы, детсадовской воспитательницы и монтажника пластиковых окон? →
Обнять крепко
Арине Сапожковой нужно переместить сухожилия
Девочке из подмосковного Воскресенска семь лет. Тяжелую травму левого плеча, акушерский паралич Дюшенна – Эрба, Арина получила при рождении: она застряла в родовых путях, и врачи так сильно тянули ее наружу, что разорвали в плече сухожилия и нервы. Левая рука была совершенно неподвижна. Тогда читатели Русфонда собрали для Арины деньги на ювелирную операцию в ярославской клинике. Хирург Михаил Новиков, один из лучших специалистов именно по таким параличам, сшил Арине нервы в плече, реконструировал мышцы и сухожилия. Потом были курсы реабилитации, которые Аринина мама оплачивала сама. Движения в руке восстановились, но не до конца – недостаточно для нормальной жизни. Нужна еще одна операция, чтобы девочка могла заниматься гимнастикой, как мечтает, и обнять прабабушку. →
Грустная девочка
Юле Шурековой нужно лекарство от каждодневных приступов
Девочке из Ульяновской области 12 лет. У нее синдром Ретта, деградирует мозг. Генетическое заболевание, лекарство от которого пока испытывают только на мышах. Но у Юли болезнь сопровождается еще и каждодневными эпилептическими приступами. По шесть-восемь раз в день, с криками и судорогами. Утром Юля просыпается – и начинаются судороги, после которых девочка засыпает. Синдром Ретта пока нельзя вылечить, но эти каждодневные мучения прекратить можно. Обычные противосудорожные препараты Юле не помогают, но есть лекарство, которое стоит почти миллион. →