Яндекс.Метрика
Дочь я рожала в роддоме в Уфе. Когда отошли воды, восемь часов я пролежала на кушетке в коридоре, и до меня никому не было дела. Когда Язгуль появилась на свет, она не дышала. И ее искусственно заставили дышать. Эти факты врачей не смутили, через неделю меня выписали с «абсолютно здоровым ребенком». Когда дочери исполнилось полгода, мы поняли, что с Язгуль что-то не так: она не держала голову, не делала попыток перевернуться на живот – просто лежала и смотрела в потолок. А спустя месяц нам поставили диагноз «детский церебральный паралич». Мы живем в деревне, а в больницу приходится ездить за 250 километров в Уфу. Добираемся только на такси, так как в автобусе с больным ребенком на руках ехать невозможно. Но лечение не дает результата. Помочь нам обещали врачи Института медицинских технологий (ИМТ), да только денег на лечение в Москве у нас нет. Я ухаживаю за ребенком-инвалидом, в деревне работы нет, муж работает по вахтовому методу на Севере. Но и там зарплата 16 тыс. руб. Помогите, пожалуйста! Нурзида Яманаева, Башкортостан, Мечетлинский район.
Опубликовано 29 декабря 2012

Ольга Рымарева

Невролог
Институт медицинских технологий (Москва)
Необходимо срочно начинать терапию, чтобы научить ребенка сидеть, стоять, ходить, хорошо разговаривать, довести уровень развития до возможности обучения по программе коррекционной школы

История болезни

5 марта 2013

Язгули Яманаевой начали лечение в Институте медицинских технологий (Москва).

Наши читатели оплатили для нее годовой курс. Невролог Ольга Рымарева считает, что у девочки есть потенциал для развития.
Нурзида, мама Язгули, благодарит за помощь зрителей «Первого канала» и читателей Русфонда.
comments powered by HyperComments