Башкортостан-акции

Из письма Людмилы Исмагиловой, мамы Мирона: «Сын родился намного раньше срока, не мог дышать сам, почти полтора месяца провел в реанимации на аппарате искусственной вентиляции легких, перенес кислородное голодание и пневмонию, ему дважды переливали кровь. Постепенно состояние Мирона улучшилось, в два с половиной месяца нас выписали домой. Развивался сын с отставанием, и после года врачи диагностировали детский церебральный паралич. Я сражаюсь за здоровье Мирона, использую все возможности для его лечения и реабилитации, но каждая маленькая победа требует огромных усилий...» →

Из письма Анжелы Лукмановой, мамы Амира: «О диагнозе сына нам сообщили только после его появления на свет – во время беременности все результаты анализов и скринингов были в норме. Отец ребенка, узнав, что Амир болен, ушел из семьи, в жизни сына не участвует и финансово не помогает. Врачи сразу предупредили, что нам с Амиром придется много и тяжело работать. С самого рождения я соблюдала все рекомендации специалистов, водила сына на массаж, в бассейн...» →

Из письма Нурсили Халиловой, мамы Айлин: «При рождении у дочки выявили поражение центральной нервной системы. Развивалась Айлин с отставанием: поздно начала удерживать голову, переворачиваться. Даже самые элементарные навыки даются дочке с трудом. Но я активно занимаюсь ее здоровьем, использую все возможности для реабилитации. Оказалась успешной терапия в уфимском медцентре „Любимый малыш“. Мы прошли здесь два курса лечения, с оплатой одного из них помогли благотворители. И появились результаты! Айлин наконец впервые встала сама, ходит с поддержкой...» →

Из письма Анны Токаревой, мамы Дины: «Дочка родилась с тяжелой пневмонией, желудочным кровотечением, ее сразу перевели в реанимацию. Из-за врожденного вывиха тазобедренного сустава Дина почти год провела почти без движения – сначала носила специальный ортез, потом лежала на вытяжении. По предположениям врачей, эти проблемы могли повлиять на то, что с самого рождения дочка сильно отстает в росте. В прошлом году ей поставили диагноз „синдромальная низкорослость“ и посоветовали срочно начать лечение...» →

Из письма Гильмана Абдуллина, папы Назгуль: «В три года мы заметили, что дочь сильно отстает в росте от других детей. Генетик в Уфе диагностировал задержку роста, дал рекомендации. Мы выполняли все назначения и надеялись, что ситуация выправится. В школе к проблемам с ростом добавились другие: Назгуль с трудом давалась учеба, она плохо читала и говорила. И до сих пор дочка растет очень медленно...» →

Из письма Гульнары Гатиатуллиной, мамы Алана: «Сразу после появления на свет у сына диагностировали пневмонию, три дня он провел на искусственной вентиляции легких. Алан был очень слабым, ручки и ножки буквально висели. Мы выполняли все предписания невролога, регулярно ездили на массаж и реабилитацию. Благодаря лечению физически сын развивался нормально, вовремя начал держать голову, сидеть и ходить. Но вот речи не было, лепет и первые слова появились только в год. А затем внезапно произошел резкий откат...» →

Из письма Ксении Сальмановой, мамы Салмана: «В три месяца сын еще не держал голову, к пяти месяцам не переворачивался, но врачи успокаивали, говорили, что он обязательно освоит все нужные навыки. В полгода мы забили тревогу и настояли на тщательном обследовании. У Салмана выявили поражение головного мозга и генетическую поломку. Мы активно занимаемся лечением...» →

Из письма Розы Шафиковой, мамы Аделины: «Дочка родилась намного раньше срока, сама не задышала, не закричала. Ее сразу забрали в реанимацию, подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Аделина лежала в кувезе, вся в трубочках, маленькая и беззащитная, кормили ее через зонд. Дочка перенесла кровоизлияние в мозг, пневмонию, ей делали переливание крови. Только спустя месяц Аделина пошла на поправку, ее перевели в отделение патологии новорожденных, там отказались от зонда, я сумела приучить дочку к груди. А после выписки началась долгая борьба за ее здоровье...» →

Из письма Дмитрия Меркулова, папы Давида: «С первых дней жизни сын не мог взять грудь, терял в весе и слабел на глазах. С огромным трудом удалось наладить питание из бутылочки. В два месяца мы заметили, что Давид не держит голову и не интересуется игрушками. Обратились к неврологу по месту жительства, но эффекта от назначенного лечения не было. При обследовании у сына выявили эпиактивность...» →