Дима Овезов

Сын рос и развивался как все дети: сидел, стоял, ходил, начал говорить. Но в полтора года у него появились кратковременные подергивания рук и ног. Врачи предположили скарлатину, но диагноз не подтвердился. А приступы стали случаться все чаще и чаще. Потихоньку уходили навыки: сын перестал говорить, играть с игрушками, отзываться на имя. Мы не знали, что делать, а поселковые медики только руками разводили. Когда Диме было два года, в нашу амбулаторию приехал детский невролог из казанской клиники и направил сына в стационар. А там врачи диагностировали у Димы эпилепсию, назначили терапию. С тех пор пришлось сменить много препаратов – врачам никак не удавалось подобрать эффективное лечение. А три года назад назначили два препарата: трилептал – его дают по госквоте, и кеппру, которая за счет госбюджета не предоставляется. Состояние Димы улучшилось. Хотя разговорная речь не вернулась, сын стал интересоваться окружающими его предметами. Сейчас Дима учится в пятом классе коррекционной школы, занимается с педагогами с помощью карточек, проходит реабилитации. Но в декабре прошлого года из-за того, что сын вырос, врач увеличила дозировку кеппры, и самостоятельно оплачивать лекарство я уже не могу. Отец Димы нам не помогает, живем на пенсию сына и пособие по уходу за ребенком-инвалидом. Помогите, пожалуйста!

Инна Цыфаркина,
Зеленодольский район, Татарстан
Фото из архива семьи