Алексей Каменский

Пять лет назад началось сотрудничество Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова (Национального РДКМ), созданного Русфондом, и сети лабораторий «Инвитро». У компании 1750 офисов по всей России, и это дает нам возможность включать в регистр потенциальных доноров во всех регионах. В регистре почти 85 тыс. человек, и больше половины – благодаря «Инвитро» →

23 сентября в Сколково прошло необычное мероприятие под названием «Случай из практики 2.0». Что это было – консилиум? интерактивное обучение? мультидисциплинарность в действии? шоу про медицину? Все сразу, а названия для этого пока нет. Суть в том, что несколько сотен врачей получили возможность коллективным взглядом осмотреть пациента со всех сторон и учесть обычно скрытые, но очень важные детали →

«По паспорту» Герману Круглову полтора года – а на самом деле меньше. Ведь он родился на три месяца раньше срока. Это само по себе тяжелое испытание для ребенка. Но хуже другое: во время родов мальчику сломали ключицу и повредили плечевое сплетение – пучок нервов, идущих через плечо к левой руке. Рука теперь почти не шевелится, нервы нужно восстанавливать. Это очень сложная этапная хирургия, и начать ее нужно как можно скорее. Только стоит лечение больше 900 тыс. руб. У семьи Германа таких денег нет. →

До конца сентября столичное правительство пообещало установить во всех взрослых поликлиниках Москвы систему «Аида», которая поможет терапевтам ставить диагноз. «Аида» умеет работать с 80 видами медицинских документов и анализирует данные пациента за последние два года. Это уже второй вариант системы – первый появился три года назад. Врачам в поликлиниках такая вещь определенно помогает. Но пациентам, судя по всему, пока не очень  →

Два года назад Мише Бахтину, который болен спинальной мышечной атрофией (СМА), сделали укол препарата золгенсма, самого дорогого лекарства в мире. Такой укол делают раз в жизни, и он помог лишь отчасти: ходить трехлетний Миша все равно не может. Родители требовали продолжать лечение, использовать другие препараты – спинразу или рисдиплам. Но федеральный консилиум им отказал, объяснив дело просто: лечение СМА разными лекарствами последовательно – сфера еще не исследованная, эффект неизвестен, возможен даже вред →

Благотворительный фонд должен тратить деньги жертвователей эффективно. Но эффективность лечения часто трудно оценить, и особенно плохо в этом смысле с детским церебральным параличом. Методов реабилитации множество, каждый год появляются все новые. Но полностью вылечить ребенка невозможно, а оценка положительных изменений – вещь весьма субъективная. Как понять, с какими центрами нам стоит сотрудничать, кому и почему верить? →