Татарстан-акции

Из письма Алии Железновой, мамы Тёмы: «Сын родился в срок, но развивался с задержкой: позже нормы начал переворачиваться, садиться, ходить. А еще к году Тёма не произносил даже звуки, избегал смотреть нам в глаза, не откликался на свое имя. Страдало и поведение – сын рос гиперактивным, иногда проявлял агрессию. После обследования врачи диагностировали у него детский аутизм с тяжелыми речевыми нарушениями...» →

Из письма Ильзиры Мухутдиновой, мамы Алины: «Дочери было два года, когда у нее появились сильные боли в животе. Ее положили на обследование, и вскоре был поставлен диагноз: снижение тонуса мышц кишечника. Поначалу назначенное лечение помогало, но через год приступы боли вернулись. Их причина выяснилась, когда Алине сделали биопсию тканей кишечника. Оказалось, дочка родилась с незрелыми нервными сплетениями кишечника...» →

Из письма Дианы Мокеевой, мамы Кости: «Поначалу сын рос и развивался как все его сверстники. Но к двум годам мы заметили, что Костя избегает смотреть нам в глаза, не общается с другими детьми, подолгу повторяет однотипные движения – машет руками, прыгает или ходит на цыпочках. А еще сын не откликался на имя и не говорил. Врачи объясняли эти особенности задержкой в развитии, позже диагностировали детский аутизм. Мы возили Костю на реабилитацию, оплачивали ее в основном сами, помогали благотворители...» →

Из письма Алии Вагизовой, мамы Илаи: «Дочка родилась с искривленной левой голенью. Поначалу врачи решили, что у Илаи перелом, наложили гипс, но дело оказалось в другом. Потребовалась консультация опытного травматолога, чтобы окончательно определить: у дочки ложный сустав левой голени. Нам объяснили, что Илая родилась с патологическим суставом – подвижностью кости в том месте, где этого быть не должно. Левая нога короче правой...» →

Из письма Альбины Суфьяновой, мамы Софии: «Дочка родилась позже срока и сразу попала в реанимацию, первые дни жизни была подключена к аппарату искусственной вентиляции легких. Постепенно ее состояние улучшилось, и на 20-й день нас выписали домой. София нормально росла и развивалась, однако к трем годам стало заметно, что она часто не может разобрать, что ей говорят. Мы заподозрили у дочки проблемы со слухом...» →

Из письма Ландыш Мутыгуллиной, мамы Аделины: «В мае прошлого года у дочки заболела правая голень, на ней появилась припухлость. Мы сразу пошли в поликлинику, Аделине сделали рентген ноги, который показал уплотнение кости. Для уточнения диагноза дочку направили в больницу. К нашему ужасу, там на КТ обнаружили опухоль, а после биопсии установили, что это остеосаркома – рак кости! Опухоль дала метастазы по всему телу – в кости, лимфоузлы, легкие. Аделине сразу назначили химиотерапию, после четырех курсов хирурги сделали дочке операцию...» →

Из письма Елены Романовой, мамы Жени: «Сразу после рождения дочки мне сообщили, что у нее пороки развития: нет правых предплечья и кисти, врачи диагностировали расщелины верхней губы и нёба. Вместо носа была собравшаяся кожа, вместо ноздрей – два отверстия. Питаться Женя могла только из бутылочки со специальной насадкой. Я не опустила руки, после выписки из роддома обратилась к челюстно-лицевым хирургам. Когда дочка подросла и набрала вес, ей провели пластику верхней губы и нёба, Женя научилась есть обычную еду. В шесть лет сделали еще две операции – сформировали нос...» →

Из письма Татьяны Афанасьевой, мамы Владика: «Сын рос здоровым, занимался спортом. Прошлой весной Владик начал жаловаться на боли в животе. После обследования гастроэнтеролог назначил желчегонные препараты. Стало получше. Но в июле живот у сына заболел так сильно, что он не мог подняться с постели. По скорой его срочно положили в больницу, состояние было тяжелым. Оказалось, что у Владика язва двенадцатиперстной кишки с перфорацией и перитонит. Его экстренно прооперировали. Сын восстановился, после выписки мы надеялись, что все страшное позади. Но вскоре началась кишечная непроходимость...» →

Из письма Лилии Абдрашитовой, мамы Богдана: «Сын родился в срок, но роды были тяжелыми, и кислород какое-то время не поступал в его легкие. Богдан не задышал сам, его срочно положили в реанимацию, подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Это было самым сложным испытанием в моей жизни! Легкие сына заработали спустя 12 дней, его перевели в отделение патологии новорожденных. Выписали из больницы только в месяц. Развивался Богдан с задержкой, в семь месяцев ему диагностировали детский церебральный паралич...» →