• Скачайте мобильное приложение — теперь с Apple Pay!
  • Спасение детей в вашем телефоне
  • Помочь так же просто, как позвонить
Жизнь. Продолжение следует
10.08.2018
Как Юра Карпов<br/>
сделал чудо<br/>
из слова «мама»
Как Юра Карпов
сделал чудо
из слова «мама»
Жизнь. Продолжение следует
27.07.2018
Как сердце Аслана<br>
справилось<br>
со словом «нет»
Как сердце Аслана
справилось
со словом «нет»
Яндекс.Метрика
За 21 год — 11,884 млрд руб. В 2018 году — 950 144 752 руб.
21.08.2015

Сколиоз уха

Зачем детям с церебральным параличом нужны консилиумы



Валерий Панюшкин,
руководитель проекта «Русфонд.ДЦП»

Русфонд сотрудничает со многими медицинскими учреждениями, где так или иначе оказывают помощь детям с церебральным параличом. У каждого есть свои плюсы и минусы, сильные стороны и слабые. Но клиника, где нам удалось увидать настоящие вдумчивые врачебные консилиумы, нам известна одна – Глобал Медикал Систем(GMS Clinic, Москва).


Проект «Русфонд.ДЦП»: внедрение, поддержка и развитие новых медицинских технологий в лечении детского церебрального паралича.

Помочь проекту «Русфонд.ДЦП»


Западные клиники и реабилитационные центры для детей с церебральным параличом отличаются от российских вовсе не наличием дорогого оборудования. Российские рехабы (реабилитационные центры. – Русфонд) бывают оснащены богаче.

И даже не то главное, что в Европе у специалиста шесть пациентов в день, а в России – двадцать. В большинстве российских рехабов, если снизить нагрузку, толку не будет все равно. Ключевое отличие в том, что в современных европейских (американских, израильских, индийских…) клиниках врачи работают вместе. А в российских клиниках – врозь. И это сильно влияет на качество принимаемых решений.

Частная клиника GMS довольно дорогая. Замечания про то, что вольно же врачам GMS за такие деньги два часа всемером смотреть одного больного ребенка, мы оставляем за скобками. Давайте сначала поймем, для чего нужно это дорогое и муторное предприятие – врачебный консилиум.

Вот, например, привозят на консилиум ребенка N. Мальчику пять лет, у него церебральный паралич, но главная проблема, которая на данный момент беспокоит маму, – это развивающийся сколиоз позвоночника. Ребенка смотрят одновременно педиатр, невролог, эндокринолог, отоларинголог, физический терапевт, ортопед и реабилитолог. Крутят малыша так и эдак два часа, изучают результаты обследований, и ортопед говорит, наконец, что сколиоз – да, действительно развивается, но развивается не очень быстро, не так сильно и в основном потому, что мышцы спины у ребенка совершенно не тренированы. «Отчего же вы не занимаетесь гимнастикой?» – спрашивает ортопед.

Тут слово берет невролог и объясняет, что у ребенка эпилепсия, судороги. Гимнастика противопоказана.

Следующие десять минут уходят на то, что физический терапевт, педиатр, невролог и реабилитолог договариваются – гимнастика действительно противопоказана, но накачать мышцы спины ребенку можно было бы и в бассейне при помощи системы упражнений, которая вот прямо здесь и разрабатывается.

Над врачами почти зримо висит электрическое поле совместной мысли. Они говорят на специальном сленге, неспециалисту понять ничего нельзя, только отдельные слова, но кажется, что сейчас искры полетят между их склонившимися над пациентом головами. Итак, никакой операции на позвоночнике не нужно – бассейн, гидрореабилитация.

Но тут в дело вступает отоларинголог и говорит, что бассейн ребенку противопоказан тоже, поскольку в барабанной перепонке у малыша дыра. Потому ведь они и не ходили в бассейн прежде. Какой-то ухо-горло-нос сказал же им, что нельзя мочить ухо.

Еще несколько минут напряженных обсуждений, и вот оно решение – операцию делать. Но не на позвоночнике, а на ухе. Заштопать барабанную перепонку, чтобы ребенок мог ходить в бассейн, чтобы натренировались мышцы спины и остановилось развитие сколиоза.

И впервые в жизни я вижу, как врачи всерьез решают лечить сколиоз позвоночника методом операции на ухе. Если бы каждый из этих специалистов отдельно смотрел ребенка в своем кабинете, парадоксальное решение резать ухо, чтобы вылечить позвоночник, не пришло бы в голову никому. Ортопед прописал бы гимнастику, невролог запретил бы, малышу сделали бы операцию на позвоночнике, мышцы его спины совершенно пришли бы в негодность. Он не смог бы даже сидеть. А теперь сможет сидеть, стоять и, возможно, даже ходить.

Фото Ольги Павловой

Помочь детям

  • 1. Ортопед Владимир Котов и физический терапевт Илона Абсандзе осматривают ребенка

  • 2. Во время врачебного осмотра: а ребенок думает, что с ним играют

  • 3. Врачебный консилиум: невролог Мария Островская (на фото – слева), педиатр Федор Катасонов, генетик Наталия Белова обсуждают, как лечить ребенка





→ О проекте

Дорогие друзья!

Сумма пожертвования может быть любой. Во всех случаях в назначении платежа или в комментариях просим указывать: пожертвование на проект «Русфонд.ДЦП».

Основные каналы перечисления средств:

1) Отправьте слово ШАГ или SHAG на короткий номер 5542.
Стоимость сообщения 75 руб. Количество SMS с одного телефона не ограничено.

2) Платеж через банк

3) Платеж через систему РБК Money, которая включает в себя: 4) Кошелек WebMoney через систему Assist

5) Яндекс.Деньги

Подробнее о том, как помочь из-за рубежа → rusfond.ru/donation/abroad

Внимание! Пожертвования, отправленные через систему QIWI (КИВИ) – безадресные. Пожалуйста, сообщите нам о таком переводе для проекта «Русфонд.ДЦП».

Если у вас есть вопросы, замечания, предложения, звоните в Русфонд по номеру 8-800-2507525 (бесплатный звонок из России, благотворительная линия от компании МТС) или пишите на rusfond@rusfond.ru.

Спасибо!




Кому помочь
Сумма *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней


Кому помочь
Сумма *
Валюта *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней

рассказать друзьям:
ВКонтакте
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати