Воронеж-акции

Из письма Ксении Ююкиной, мамы Саши: «Небольшую опухоль на щеке дочки я заметила, когда Саше исполнилось три месяца. Сразу обратилась к педиатру. После обследования в больнице выяснилось, что опухоль доброкачественная, но, как объяснили врачи, она может разрастись до гигантских размеров, вызвать серьезные осложнения, сказаться на внешнем виде дочки. Саше назначили лекарство, которое не позволяет опухоли расти, предупредили, что предстоит длительное и непрерывное лечение. После выписки из больницы выяснилось, что получать это лекарство за счет средств госбюджета невозможно...» →

Из письма Анжелики Богун, мамы Марка: «В год у сына резко затормозилось развитие речи – даже те слова, которые Марк уже освоил, он будто забыл. Врачи в клиниках Луганска, где наша семья жила до переезда в Воронеж, не смогли помочь. Сын стал тревожным, часто плакал, начал бояться малейшего контакта с другими людьми, не мог даже смотреть в глаза...» →

Из письма Натальи Бахтиной, мамы Ники: «Роды были тяжелые, у дочки произошло кровоизлияние в головном мозге. Почти месяц она провела в реанимации, три недели – на аппарате искусственной вентиляции легких. Последствия сказываются на ее развитии до сих пор: Ника все еще не может самостоятельно садиться, стоять. Все силы мы отдаем заботе о здоровье дочки. Ника ходит на лечебную физкультуру, занимается в бассейне и на вертикализаторе...» →

Из письма Натальи Писаревой, мамы Сони: «Первые недели жизни дочка развивалась без отклонений, была активной, ничто не предвещало беды. Но в полтора месяца у Сони случился тяжелый судорожный приступ. На скорой ее доставили в детскую больницу, положили в реанимацию. Судороги врачи купировали, но у дочки выявили скопление жидкости в мозге, установили шунт, чтобы ее вывести. В больнице Соня провела три месяца. Врачи спасли ей жизнь, но с тех пор она сильно отстает в развитии. К семи месяцам дочке диагностировали детский церебральный паралич и атрофию зрительного нерва...» →

Из письма Эмина Акимова, папы Йунуса: «Первые месяцы после рождения сын развивался по возрасту, был активным и веселым, мы не могли нарадоваться. Но в полгода Йунус внезапно перестал переворачиваться, появилась вялость. Мы сразу обратились к врачам. Сына обследовали в больнице, выписали лекарства, витамины, назначили лечебную физкультуру. Все медицинские рекомендации мы выполняем, Йунус проходит регулярные обследования и лечение, курсы ЛФК. В результате он стал ползать на четвереньках, стоит на коленях у опоры, но даже вставать на ноги пока не научился...» →

Из письма Ольги Кондратковой, мамы Вани: «Сын родился в тяжелом состоянии, пережил кислородное голодание, его на три дня подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Развивается Ваня с отставанием, только в пять месяцев начал переворачиваться. После обследования в детской больнице врачи сказали, что проблемы вызваны поражением центральной нервной системы, полученным при рождении, есть угроза развития детского церебрального паралича. Мы боремся за здоровье сына – он проходит обследования, курсы массажа, физиопроцедур, с ним занимаются специалисты воронежского центра реабилитации „Парус надежды“...» →

Из письма Татьяны Кошевой, мамы Вики: «Ближе к году, когда дочка начала учиться стоять и ходить, я заметила, что она ставит ногу только на носочек. Вика пошатывалась, не могла держаться на ногах без поддержки. Время шло, но ничего не менялось, походка оставалась шаткой. Врачи говорили, что все наладится, но этого не происходило. Мы обследовали дочку, возили на лечение, но особых результатов достичь не удавалось. В девять лет Вику направили на генетический анализ...» →

Из письма Алексея Шипилова, папы Насти: «Роды у жены были тяжелыми, дочка сразу после появления на свет попала в реанимацию – она не могла самостоятельно дышать, пять дней находилась на аппарате искусственной вентиляции легких. Врачи спасли Насте жизнь, но с первых месяцев она развивается с задержкой. Мы все силы отдаем заботе о ее здоровье, она регулярно проходит лечение и обследования...» →

Из письма Елены Платоновой, бабушки Даши: «Внучка родилась с тяжелым поражением центральной нервной системы, с первых дней развивалась с большой задержкой. Когда Даше исполнился год, ей поставили диагноз „детский церебральный паралич“. Забота о больном ребенке оказалась непосильной ношей для родителей Даши, отец отказался от нее почти сразу, а потом не выдержала и мать, я стала опекуном своей внучки. Несмотря на все проблемы со здоровьем, Даша способна понимать любовь и заботу...» →