Тверь-акции

Насте всего год, но вот уже 10 месяцев как девочка не знает другой жизни, кроме больничной. У нее смертельно опасное заболевание – острый лимфобластный лейкоз, рак крови. Современная медицина дает шанс для спасения таких больных. Главное не упустить его. →

Из письма Татьяны Яковлевой, мамы Василисы: «Роды были тяжелыми: две недели дочь провела в реанимации на искусственной вентиляции легких, после находилась в отделении патологии новорожденных. До восьми месяцев Василиса никак не реагировала на внешний мир, ей даже ставили диагноз «кома 1 степени». Мне предлагали отказаться от ребенка, но я твердо решила бороться за жизнь моей девочки…»  →

Девочке двенадцать лет. У нее целый «букет» тяжелейших заболеваний: непрерывное течение хронической пневмонии, дыхательная недостаточность, миокардиодистрофия. И это далеко не полный перечень, одна патология порождает другую. Первопричиной недугов является генетическое нарушение – врожденный иммунодефицит (вариабельная иммунная недостаточность). В крови Дианы низкий уровень иммуноглобулинов (антител), что вызывает повышенную восприимчивость к инфекциям. Организм девочки настолько чувствителен, что при любом вздохе может обостриться воспаление легких. →

Из письма Марины Осмаковой, мамы Максима: «Максим родился с двусторонней врожденной косолапостью. Уже через полтора месяца его начали лечить в Тверской областной детской больнице, где ему накладывали гипсовые повязки. Когда Максиму было восемь месяцев, в этой же клинике сделали операцию на сухожилиях. Эффект от лечения, конечно, был, но случился рецидив. Нам предложили лечение по методу Понсети в детской больнице в Москве. И снова гипсование, потом операция. После операции в течение трех лет Максим носил фиксирующие брейсы. Снова случился рецидив. Иногда я задумываюсь, сколько мучений – физических и душевных – к шести годам пришлось перенести моему сыну…».  →

Маше сейчас полтора года, она пока говорит только «ма», «па», «дай», но многое понимает. Она точно знает, что у нее больная ручка. Этой ручкой тяжело шевелить, она плохо поднимается, и взрослые постоянно о ней напоминают: то говорят, как ее держать, то трогают, иногда больно трогают. Маша не знает, что это называется «массаж» и что он делается для ее же пользы. Вот только польза от массажа не такая великая. Маше предстоит очень серьезная, многоэтапная операция... →

Из письма Елены Хусаиновой, мамы Артема: «Артем родился здоровым ребенком. Но в четыре года он стал часто болеть, организм ослаб, и вскоре ему поставили диагноз «сахарный диабет». Всей нашей семье пришлось перестраиваться и учиться жить по-новому. Сахар колебался от 2,5 до 27 миллимолей, для поддержания нормального уровня приходилось в день делать 5-7 инъекций инсулина. Такой режим жизни очень изматывал Артема и физически, и морально…»  →

В свои 16 лет Вардгез имеет рост 141 сантиметр и вес 38 килограммов. В остальном он ничем не отличается от сверстников, в каком-то смысле даже многих превосходит. Причина отставания – соматотропная недостаточность, то есть дефицит в организме соматотропного гормона, или, как его принято еще называть, гормона роста. Какие-то несколько лет тому назад родители, услышав душераздирающий вопрос «почему я не расту?», не могли пообещать своему ребенку, что скоро он будет таким же, как его сверстники. Теперь же заместительная терапия в состоянии решить проблему. →

Девочке два с половиной года. Она родилась с сосудистой гиперплазией щеки. В переводе на общедоступный язык – у Яны на лице доброкачественная опухоль, что не угрожает жизни, но может превратить жизнь в страдание. Девочка с трудом улыбается и не может смеяться. Яна уже перенесла одну операцию и несколько курсов терапевтического лечения. Теперь предстоит операция по удалению остатков опухоли и келоидного рубца. Пока Яна еще не понимает, что у других детей подобных проблем нет, и что она жертва врачебных ошибок. А что будет, когда поймет? Лучше на этот вопрос не отвечать. Правильнее будет помочь девочке сейчас. Время еще есть. →