Десятина на добрые дела
Новосибирская предпринимательница Ирина Касьянова больше пяти лет поддерживает детей Русфонда
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29041/0c818474-c0d9-44c1-b0d5-08982f2283ee-930.jpg)
Время отдавать
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29042/6fb50499-ca8a-43aa-b2c8-1b88d7b9673a-930-1.jpg)
– Ирина Леонтьевна, принадлежащие вам компании перечисляют пожертвования на новосибирских детей ежемесячно. Это ваша идея и инициатива?
– Да, моя. 30 лет назад я основала компании «Басон» и «СибАртПак», которые прежде всего служат людям. Можно сказать, что мы занимаемся производством текстиля и упаковкой. А можно, что мы делаем доброе дело, даем людям возможность мечтать, когда преображаем шторами и скатертями их дом, делаем его уютным местом. В последнее время мы часто шьем «одежду сцены» – занавесы для театров, сцен школьных актовых залов и домов культуры, в том числе в небольших поселках. Приезжают артисты, дают концерты, и люди, которые видят эту красоту, сами меняются: не в галошах приходят, а в туфельках, начинают себя и свой дом уважать. Такое у меня самоощущение и позиция в бизнесе. Я уверена, что с желанием помогать никто не рождается. Это приобретенное состояние души. Человек добивается результатов в жизни, причем не только финансовых, и постепенно дозревает до идеи: «Если тебе хорошо, нужно, чтобы хорошо было и другим». Он уже готов делиться. В определенном возрасте у многих, у кого-то раньше, у кого-то позже, это желание помогать возникает. Но должны быть уверенность в себе и в завтрашнем дне, доверие к миру. Я тоже пришла к благотворительности не сразу и считаю, что достаточно поздно, в 1999 году. У меня этот шаг связан с финансовой стабильностью бизнеса в том числе. Я почувствовала, что пришло мое время отдавать.
– Опросы общественного мнения говорят, что россияне, откликаясь на чужую беду, делают это чаще всего под влиянием эмоций, разово и не задумываясь. В вашем случае подход другой: небольшие, но системные пожертвования практически для каждого ребенка, которого берет на сбор бюро Русфонда в Новосибирской области. Откуда такая рациональность?
– Я экономист, училась планированию, люблю системный подход, в благотворительности в том числе. Статью расходов на помощь я планирую в начале года. Намереваюсь увеличивать ее ежегодно минимум на 10%. Все дорожает – лекарства, операции, – а больных детей, увы, меньше не становится.
Есть еще хорошее неписаное правило: десятую часть своего дохода отдавать на добрые дела. Я верю, что добро возвращается сторицей во всех сферах жизни.
– Почему среди множества благотворительных организаций вы выбрали Русфонд?
– Это фонд, который правильно и грамотно организовал процесс помощи людям: точечно, пофамильно, с результатами. Есть обратная связь, отчеты о каждом ребенке. Все предельно четко, лаконично и прозрачно – как предприниматель, я это понимаю и ценю.
– Кому еще вы помогаете?
– Я профессиональная спортсменка, лыжница, я за здоровый образ жизни. Много времени уделяю соревнованиям, которые проходят в Новосибирске, люблю победителей, мне нравится их награждать. Большой спорт начинается с малого, если есть массовый спорт, то есть и успехи страны в спорте высоких достижений. Также я перечисляю деньги на нужды беженцев. У всех людей масса проблем, только мы с вами живем на своей земле, у нас есть друзья, а беженцам приходится начинать заново. Понятно, что весь мир собой не закроешь. Но важно, чтобы человек в беде чувствовал, что он не один.
Для другого как для себя
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29043/82c76acf-db70-4335-8138-3801063d1f8f-930-2.jpg)
– Благотворительность заявлена как одна из корпоративных ценностей в ваших коллективах. Как это проявляется?
– Это во многом педагогический вопрос. Наши сотрудники, от швеи до топ-менеджера, должны гордиться компанией, в которой работают. Это ценность моя личная и моей компании – сделать для другого так, как ты хочешь сделать для себя. Люди должны понимать: мы не только зарабатываем, мы умеем делиться и делаем это с удовольствием. Количество тяжелобольных детей не уменьшается. У родителей часто нет ни сил, ни средств на лечение ребенка. И если рядом есть другой человек или целая компания, которая регулярно помогает, это великое дело. Знаете, мы однажды решили посчитать, скольким ребятишкам помогли. И когда осознали, мурашки поползли по коже: нашу помощь получили больше 100 детей. И они все такие славные, это трогает сердце. У нас есть корпоративная онлайн-газета, которую читают все сотрудники. В ней обязательно публикуется информация, кому в этом месяце мы помогли. Мы даем короткую историю ребенка и ссылку на сайт Русфонда, потому что часто наши работники помогают не только от лица компании, но и от себя лично.
– Правда ли, что одна из новогодних традиций вашей компании – делать и дарить календари с фотографиями детей, для которых Русфонд открыл сбор и в чьих судьбах вы приняли участие?
– Да, перед Новым годом мы подводим итоги не только нашей профессиональной деятельности, но и благотворительной. За год наши компании делают вклад в лечение примерно 20 детей. Когда это происходит каждый месяц, объем не осознаешь. А когда листаешь календарь, на каждой страничке которого есть фото реального ребенка, масштаб становится очевиден. Это уже миссия. И она должна быть заразительной! Такой календарь получает каждый сотрудник, а также наши друзья и партнеры. Так мы заявляем о социальной ответственности нашего бизнеса.
– А были ли в жизни моменты, когда помощь нужна была вам? И приходила ли она?
– Честно сказать, мне всегда просить было очень тяжело. Чаще всего я работаю как кризисный менеджер, сама решаю чужие проблемы, никто с позитивом ко мне не идет. Редко кто вообще видит и замечает, что и руководителю, сильной женщине, маме или жене тоже иногда нужно помочь. Поэтому я очень ценю дружескую поддержку в трудные минуты, принятие меня такой, какая я есть. Безо всякой критики, менторского тона – только доброе слово и тепло, больше ничего не нужно.
– Одна из наших задач как организации некоммерческого сектора – повышение культуры благотворительности в стране. Но отношение к благотворительным фондам не всегда положительное. Как думаете, почему?
– Я много общаюсь с людьми и знаю, что да, есть недоверие. Предприниматель говорит: «Я перечислил деньги, но не знаю, что происходит дальше с проектом». Коллегам по бизнесу я бы дала такие советы: во-первых, работать с проверенными фондами и организациями. Во-вторых, учиться доверять. Если ты готов отдать, то отдай безусловно и не относись к фонду как к бизнесу. В-третьих, не ждать быстрого эффективного результата. Он не всегда возможен. Не каждый ребенок после лечения полностью восстановится, встанет и побежит, но качество жизни – его и его родителей – может стать лучше.
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29044/c04172e4-374a-4524-9b3b-9578bd39bc76-930-3.jpg)
– Как можно увеличить количество компаний и людей, вовлеченных в благотворительность?
– Знаете, у нас сейчас много молодых людей, миллионеров и миллиардеров, а зрелость в них я вижу редко. Только зрелые люди создают фонды, платят стипендии лучшим студентам, поддерживают талантливых детей. Обычно такие стремления возникают после 4050 лет. А у молодежи этого практически нет. Думаю, это связано еще и с традициями. В дореволюционной России было развито меценатство, и оно шло из семьи. Дети рано понимали и осознавали ценность благотворительности. А у нас этому не учат, в школе и семье о помощи другим не всегда говорят. Мне кажется, нужно уделять этой теме больше внимания. Опять же, среднего класса становится меньше, деление на богатых и бедных все более ощутимо. А как человеку небогатому еще и благотворительностью заниматься? Хотя часто оказывается: чем люди проще, тем они добрее и щедрее. Недаром у нас по 100 руб. собирают миллионы на дорогие операции. Вот такой парадокс.
– А в вашей семье передается традиция помогать? Что вы говорите своим подрастающим внучкам?
– Безусловно. Мы учим не словами, а поступками. Внучки наблюдают и впитывают, как бабушка относится к жизни, дому, семье. А я для них авторитет. Уверена, они будут делать так же. Поэтому я с девочками много говорю, всегда беру их с собой на мероприятия, чтобы они своими глазами видели, какая среда обитания вокруг меня, какие друзья настоящие, какие поступки правильные. Понятийный ряд выстраивается постепенно, с возрастом они будут набираться опыта, и эти знания останутся с ними навсегда.
– Как вы формулируете свою миссию? Человеческую, предпринимательскую?
– Быть нужной людям, создавать то, что помогает им жить. Это важнее всего.
Фото из личного архива
![](https://im.rusfond.ru/dbimages/29000-30000/29045/830cc2ca-7edc-44ce-990c-e8d8a9165d1b-930-4.jpg)