• Реализуем
    мечту Вари!
    Собрано
    28 562 ₽
    Не хватает
    1 971 438 ₽
    1%

Лере Смирновой оплачено внутривенное питание на полгода и расходные материалы для его введения

5 марта здесь на сайте, на lenta.ru, vesti.ru и rbc.ru мы рассказали историю полуторагодовалой Леры Смирновой из Хабаровска («Еда для Леры», Светлана Иванова). У девочки врожденный порок развития кишечника, она перенесла ряд сложных операций, ради спасения жизни малышки хирургам пришлось удалить практически весь тонкий кишечник. Пока Лера не может усваивать обычную еду, ей жизненно необходимо внутривенное питание. Но покупать дорогое питание и расходники для его введения семья девочки не в состоянии. Рады сообщить: вся необходимая сумма (2 277 819 руб.) собрана. Родители Леры благодарят всех за помощь. Примите и нашу признательность, дорогие друзья.


Еда для Леры

Полуторагодовалой девочке необходимо внутривенное питание

У маленькой Леры Смирновой из Хабаровска синдром короткой кишки. Девочка родилась с пороком развития кишечника. Перенесла три сложные операции, после которых у нее сохранилось только 10 см тонкой кишки и 45 см толстой. Этого катастрофически мало для нормальной работы кишечника. Обычную детскую еду малышка не усваивает, ее приходится кормить через вену. Но стоимость специального внутривенного питания на полгода и расходных материалов, которые требуются для его введения, – больше 2 млн руб. Для родителей ребенка сумма нереальная.

Как помочь

Лера перестала узнавать маму после третьей операции. «Что вы хотите, два наркоза подряд», – говорили врачи. И советовали принести любимые игрушки девочки. Однако ни куклы, ни плюшевые мишки, ни семейные фото у Леры не вызывали никакого отклика.

В декабре прошлого года девочку прооперировали в третий раз: удалили большую часть кишечника и приклеили пластырем к телу два мешка – один для выведения мочи, другой для кала. В горло вставили трубку для кормления. А чтобы Лера не вздумала все это выдернуть, руки и ноги привязали к кровати. Смотреть без слез на мучения дочки Катя не могла.

– Я всю жизнь мечтала о семье и ребенке, – признается она. – В одиннадцать лет оказалась в детдоме. А в 15 лет пошла работать. Помогать мне было некому: папа давно умер, а маме было не до меня. Я осталась совсем одна на этом свете.

С будущим мужем Катю познакомила подруга. Василий работал машинистом бульдозера по вахтовому графику, месяцами его не было дома. Первого ребенка они ждали шесть лет.

Лера родилась с хорошим весом и ростом, с папиными глазами. Из роддома маму с дочкой выписали уже на четвертые сутки. А дома у крохи после кормления началась рвота фонтаном. Ее госпитализировали в Перинатальный центр Хабаровска. Выяснилось, что у ребенка сужение двенадцатиперстной кишки, нужна срочная операция.


– Хирурги удалили непроходимый участок кишки, – вспоминает Катя. – Две недели я приходила к дочке в реанимацию, гладила по голове и говорила: «Не бойся, ты не одна, я с тобой». Через полтора месяца ее выписали домой, у нас началась почти нормальная жизнь.

Первое слово, которое сказала Лера, было «мама». Родители начали присматриваться к танцевальным секциям. Папа считал, что Лере больше подойдут спортивные танцы – уж очень она активная и неугомонная. А в годик мама с папой преподнесли ей подарок – сестренку Еву.

– Лера не очень-то обрадовалась такому подарочку, ревновала жутко, – улыбается Катя. – Я была подолгу с дочками одна. Конечно, мне приходилось тяжело, но в то же время я была счастлива: у нас две прекрасные дочки. Когда вырастут, будут помогать друг дружке.

В декабре прошлого года Лере внезапно стало плохо. Она схватилась за живот и стала истошно плакать. На скорой ее забрали в больницу.


– Это был кошмар наяву, – вспоминает Катя. – У Леры диагностировали заворот кишок. Но операцию сделали только на следующее утро, когда начался уже некроз кишечника. Пришлось удалить сразу две трети тонкого кишечника. А на следующий день у дочки начался тромбоз, и тогда ей отрезали оставшуюся часть тонкой кишки и захватили часть толстой. Во время второй операции Леру согревали грелками и сожгли кожу на левой ножке и части ягодицы. Врач мне сказал, что шансов выжить у дочки 50 на 50. Я сходила с ума и разрывалась между больницей и домом, где меня ждала пятимесячная Ева. От всех переживаний у меня чуть не пропало молоко.

Больше месяца врачи пытались наладить Лере питание. Но смеси не усваивались, девочку рвало. В конце концов местные доктора обратились за помощью к коллегам из столичной детской больницы имени Филатова.

В январе Леру с мамой на рейсовом самолете в сопровождении бригады врачей перевезли в Москву и госпитализировали в отделение педиатрии Филатовской больницы.


Здесь малышке подлечили раны от ожогов, сейчас от них остались только рубцы. Но самое главное, подобрали питательные смеси и внутривенное питание, которое она получает 20 часов в сутки. Лера постепенно окрепла, начала вставать. По словам Кати, московские врачи вернули дочку к жизни.

Она обожает играть с пластмассовыми шприцами без иголок, которые раскладывает по баночкам, – этих шприцов у нее так много, что складывать уже некуда. Лере разрешают выходить в коридор, а когда хорошая погода, даже выйти на полчасика на улицу.

Врачи готовы выписать малышку домой, но только при условии, что ее обеспечат парентеральным питанием, от которого зависит ее жизнь. Сейчас питание предоставляет больница, но после выписки его придется покупать самостоятельно.

– Неделю назад у нас случилась большая радость, – улыбается Катя, – дочка стала узнавать меня. Увидела после сна и засмеялась. Теперь я верю, что все у нас будет хорошо.

Светлана Иванова,
Хабаровский край
Фото Евгении Жулановой

Заведующая отделением педиатрии Детской городской клинической больницы имени Н.Ф. Филатова Елена Костомарова (Москва): «У Леры диагностирован врожденный порок развития кишечника, который стал причиной его непроходимости, а впоследствии заворота. Девочка перенесла ряд операций, пришлось удалить практически весь тонкий кишечник. Поэтому сейчас малышка не может усваивать обычную еду, ей жизненно необходимо специальное лечебное питание, которое вводится внутривенно. Только так Лера сможет расти и развиваться».


Стоимость внутривенного питания на полгода и расходных материалов для его введения 2 277 819 руб. ООО «Синапс Телеком» внесло 100 000 руб. ООО ЭП «ФлорЭко» внесло 35 000 руб. Читатели lenta.ru, rbc.ru, vesti.ru и rusfond.ru собрали 2 156 704 руб.

Дорогие друзья! Если вы решите помочь Лере Смирновой, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде.

Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. А владельцы айфонов и андроидов могут отправить пожертвование через мобильное приложение. Скачать его можно здесь.

Экспертная группа Русфонда


    9:41все данные живые
    ФИО, диагноз
    Леша Потемкин сколиоз, спасет операция Не хватает 1 288 108 ₽
    Алиса Ануфриева острый лимфобластный лейкоз, спасет лекарство Не хватает 3 403 083 ₽
    Дина Сагитова низкорослость, требуется лекарство на год Не хватает 152 283 ₽
    Даша Сергиенко эпилепсия, задержка речевого развития, требуется курсовое лечение Не хватает 83 919 ₽
    Тёма Владимиров двусторонняя тугоухость, требуются сверхмощные слуховые аппараты Не хватает 114 583 ₽
    Игнат Баранников поражение легкого, бронхиальная астма, спасет оборудование для санации дыхательных путей Не хватает 2 333 980 ₽
    Дима Шумилов детский церебральный паралич, требуется курсовое лечение Не хватает 222 296 ₽
    Ибрагим Исраилов тяжелый врожденный порок сердца, спасет операция Не хватает 931 807 ₽
    Софья Пальчун острый лимфобластный лейкоз, спасет лекарство Не хватает 4 008 421 ₽
    Мухаммед Ахмадалиев детский церебральный паралич, задержка психоречевого развития, требуется лечение Не хватает 144 739 ₽
    Аня Есина спинальная мышечная атрофия, требуется аккумуляторная батарея для аппарата искусственной вентиляции легких Не хватает 145 192 ₽
    Богдан Заргарян несовершенный остеогенез, требуется курсовое лечение Не хватает 117 465 ₽
    ;