• Скачайте мобильное приложение — теперь с Apple Pay!
  • Спасение детей в вашем телефоне
  • Помочь так же просто, как позвонить
Яндекс.Метрика
За 21 год — 11,664 млрд руб. В 2018 году — 729 607 134 руб.
22.02.2013

Мишу Анисимова
ждут в Москве в марте


15 февраля здесь на сайте, в «Эхо Москвы», livejournal.com и Здоровье@Mail.Ru мы рассказали историю двенадцатилетнего Миши Анисимова из Тверской области («Тачскрин для жизни», Валерий Панюшкин). У Миши детский церебральный паралич. Мышцы рук, ног, языка постоянно находятся в сильном тонусе. Мальчику поможет баклофеновая помпа. Она вживляется в брюшную полость, соединяется с позвоночником и доставляет снимающий спастику препарат баклофен напрямую в спинномозговую жидкость. Помпа и операция обойдутся в 1,2 млн руб. Таких денег у Анисимовых нет. Рады сообщить: вся сумма собрана. Мишины родители благодарят за помощь. Примите и нашу признательность, дорогие друзья! Мы следим за развитием событий.


15.02.1013

Тачскрин для жизни

Мишу Анисимова спасет баклофеновая помпа



Мальчику двенадцать лет. У него детский церебральный паралич, распространяющийся на обе стороны тела. У него деформированные руки, ноги и позвоночник. Но он стоит на этих ногах, он на них почти самостоятельно ходит. А мог бы ходить свободно. Он действует одной рукой, а мог бы действовать двумя. Мешают спазмированные мышцы, для расслабления которых в позвоночник нужно вставить баклофеновую помпу – ну, шприц такой или маленький насос, время от времени впрыскивающий лекарство. ВАЛЕРИЙ ПАНЮШКИН рассказывает про Мишу журналисту и продюсеру МИХАИЛУ КОЗЫРЕВУ.

– Ты знаешь, что такое баклофеновая помпа?

–Что такое помпа, знаю. Как-никак на скорой работал. Но я не знаю, что такое баклофен. В современной медицине очень много новых технологий, которые появляются каждый день и делают возможным то, что представить себе было нельзя, когда я работал на скорой. Этих прибамбасов все больше и больше. Мне кажется, современному человеку, ориентированному на новые технологии, гаджеты и прибамбасы, такие вещи должны быть интересны. Чем занятнее будут новые медицинские гаджеты, чем больше они будут напоминать айфоны (шутка!), тем больше людей в них влюбится. Есть уже даже в кинематографе эпизоды, завязанные на новые медицинские технологии. В сериале «Хоумленд» есть эпизод, где вице-президент США хранит у себя в шкафу регулятор сердечного ритма, а главный герой пробирается к нему в офис, подбирает код, сбивает ритм и убивает вице-президента Соединенных Штатов. Эти технологии будоражат фантазию. И это хорошо. Нельзя только забывать, зачем они – помогать людям, детям. У меня есть приятель в Америке, который в юности получил травму ныряльщика и с тех пор парализован. У него движется только мизинец на руке. Но при помощи специального тачскрина (сенсорного экрана) этот совершенно обездвиженный человек окончил университет, стал доктором математики. Так вот, важно не то, что «ух ты, смотри, какой крутой тачскрин», а то важно, что при помощи этого тачскрина человек живет полной жизнью.

– Иногда мне кажется, что мы тут не благотворительностью занимаемся, а именно что внедрением новых технологий. До баклофеновых помп мы собирали деньги на инсулиновые помпы для диабетиков. Долго собирали, пока однажды вице-премьер Голодец не сказала, что собирать деньги на инсулиновые помпы больше не надо, потому что их оплачивает государство. Мы все равно еще некоторое время пособираем, потому что легче собрать деньги для бедного ребенка-диабетика, чем допроситься у государства того, что оно пообещало. У многих не получается допроситься. Скажи мне: нам что, к каждому медицинскому гаджету приучать государство? Мы что, каждое медицинское новшество должны внедрять, покупая его поначалу на пожертвования?

– Я думаю, что функция благотворительности – помогать тем, кому можно помочь. И уж не мне тебе рассказывать, каким способом можно помочь. Через государство – значит, через государство. Через общество – значит, через общество. Все средства хороши. Наши с тобой общие знакомые недавно сказали во всеуслышание, что если для помощи ребенку надо стать на колени, то они станут на колени. Точно так же, если надо приобрести гаджет, значит, надо приобрести гаджет. Если надо внедрить технологии, значит, благотворители должны заниматься внедрением. Все средства хороши, повторяю. Если надо улучшить схемы финансирования, то и тут благотворители могут помочь, внедрив что-то более эффективное. И главное, чем могут благотворители помочь, это внедрить доверие. Потому что вот я с тобой разговариваю и доверяю тебе, давно тебя знаю, вижу, что ты делаешь. Доверие нужно, чтобы жить полной жизнью, не только больным, но и здоровым.



– Кстати, про полную жизнь, мы же собираем деньги для двенадцатилетнего мальчишки. Вот ты устроил кучу концертов и фестивалей. Задумывался ли ты когда-нибудь устроить фестиваль так, чтобы на него мог прийти мальчишка с детским церебральным параличом?

– Я фестивалями и концертами занимаюсь довольно давно. Когда мы делали первые фестивали в середине 90-х – «Максидром» в Олимпийском, концерты в ДК Горбунова, никому из нас и в голову не приходило обеспечивать доступность концерта для людей с ограниченными возможностями. Мы только учились думать о том, что в обществе есть самые разные любители музыки. Но времена, слава богу, меняются, и уже в пору фестивалей «Нашествие» мы нарочно придумывали, как смогут попасть на концерт люди с ограниченными возможностями. Не сами додумались, просто к нам на сайт стали приходить вопросы типа: «Я передвигаюсь в инвалидной коляске, как мне попасть?»

Этой проблемой специально занимался на «Нашествии» мой приятель Андрей Матвеев, который вырос в одного из лучших концертных организаторов. Сказать, что все организаторы концертов об этом задумываются, я не могу. Сказать, что наши концертные площадки хорошо оборудованы, я тоже не могу. Бывал много раз в Лондоне на концертах. Нам еще далеко до идеала. Но сомнений в том, что мы становимся лучше, у меня нет.

Фото и архива семьи Анисимовых
и Михаила Козырева


Для спасения Миши Анисимова
не хватает 750 000 руб.


Нейрохирург Клиники нейромодуляции доктора Яковлева, профессор Александр Яковлев (Москва): «Миша страдает от детского церебрального паралича. Мышцы рук, ног, языка постоянно находятся в сильном тонусе. Это мешает мальчику нормально передвигаться, ограничивает возможности самообслуживания. Единственный метод длительного лечебного действия – имплантация баклофеновой помпы. Принцип работы помпы заключается в доставке препарата баклофен, снимающего спастику, напрямую в спинномозговую жидкость. Помпа вживляется в брюшную полость и с помощью подвижного катетера соединяется с позвоночником. Программное обеспечение позволяет с максимальной точностью доставлять необходимое количество препарата в зависимости от изменений мышечного тонуса в любое время суток. Дозы баклофена, поступающего таким образом, в триста раз меньше, чем эквивалент таблеток, это позволяет избежать побочных эффектов. Мы проведем Мише предварительное тестирование, а затем хирургическим путем установим помпу. Это позволит улучшить двигательные функции малыша, сделает его более независимым и предупредит возникновение заболеваний суставов».

Стоимость лечения 1,2 млн руб. Наш партнер ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» перечислил 450 тыс. руб. Таким образом, не хватает еще 750 000 руб.

Дорогие друзья! Если вы решите спасти Мишу Анисимова, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Деньги можно перечислить в благотворительный фонд «Помощь» (учредители Издательский дом «Коммерсантъ» и руководитель Русфонда Лев Амбиндер) или на банковский счет Мишиной мамы Ирины Александровны Анисимовой. Все необходимые реквизиты есть в Российском фонде помощи. Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с кредитной карточки или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа.

Экспертная группа Российского фонда помощи



рассказать друзьям:
ВКонтакте
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати